Письма в небеса

От жуткого свиста закладывало уши, молочно-белая дымка окутала меня, скрывая все вокруг. Я почувствовал, как тело само собой оторвалось от земли, сделалось невесомым, не значимым. Я стал пушинкой, со скоростью пули летящей сквозь время и пространство в неизвестность.

Средь грохота отбойных молотков и ярких вспышек, проявилась кирпичная стена, а затем меня вышвырнуло из потока. Я рухнул навзничь, оказавшись в каком-то грязном переулке. Меня мутило, но я смог сдержать тошноту, сглотнув едкий ком в горле. Мое тело отчаянно сопротивлялось новой реалии, казалось, будто костям тесно в живой оболочке.

Я зажмурился и сцепил зубы от страшной боли, сотрясшей каждую клеточку тела. Новая реальность врезалась в меня подобно поезду, смяла, переломала, проглотила и изрыгнула наружу.

Стоя на коленях в сером от грязи снегу, я оглядывался по сторонам. Определённо, это был Нью Йорк; я по-прежнему находился в Бруклине, вот только этот Бруклин был другим. Я с трудом узнал здание заводской фабрики, где когда-то производили лампы уличного освещения.

Вместо него вырос гигант-небоскреб, упираясь плоской кроной в хмурые облака. Вниз по улице промчался серебристый автомобиль даже отдаленно не похожий на творения Генри Форда.

Неужели получилось?

Я сидел на снегу и смотрел то на руки, то на мир вокруг и не спешил покидать убежище. Меня охватил самый настоящий страх.

А что, если эта штука, намертво зажатая в кулаке, открывает врата лишь в одну сторону? Я так и не удосужился прочитать инструкцию Ника полностью.

А про то, чтобы бездумно тыкать на кнопки не могло быть и речи; я очень явно представил, как одна половина Мэтью Броуди материализуется перед редакцией Вестника – желательно верхняя – а все, что осталось, оказывается где-нибудь на Луне или Бог знает в каком времени. От подобного каламбура меня затрясло в ровной степени, как от смеха так и от страха.

Отряхиваясь я поднялся, прошел по стене до поворота и заглянул за угол

ГЛАВА ШЕСТАЯ: «ЛОВУШКА»

– До свидания, мисс Райт.

– Хорошего дня, офицер.

Чувствую, как внутри меня рухнул барьер! Я это сделала! Я заявила в полицию; надеюсь, Итан больше не потревожит меня.

– Софи! Софи, постой! – Макс догоняет меня на стоянке. И мне требуется сделать усилие, чтобы выглядеть невозмутимо.

– Добрый день, инспектор.

– Что произошло?

О, он выглядит озабоченным. Я хорошо знаю этот взгляд. Ему снова что-то нужно.