Академия магии, или Я люблю зельеварение

 – Убирайтесь вон! Не потерплю, чтобы в моём доме жили преступники! – вытащив из кармана помятый вырванный листок из вестника, он бросил его нам под ноги.

– Кто вам позволил портить мои личные вещи? Я заплатила за месяц вперёд, поэтому вы не имеете права выгонять нас! У меня договор! – я с горечью посмотрела на травы, лежащие в пыли.

Некоторые из них ещё можно было отмыть, но некоторые испорчены безвозвратно.

– Где договор? Какой? О чём вы? Предъявите, голубушка, мне бумагу с подписями, – на его лице читалось неподдельное удивление.

Пока я, открыв папку, искала договор, хозяин дома продолжил свои издевательские речи: – Вы тут, не спрашивая моего разрешения, свои пожитки разложили, проход к дому загородили, угрожаете мне, деньги вымогаете. Сейчас же убирайтесь, пока я не вызвал охрану! – этот гад пузатый плюнул на землю и захлопнул перед нами дверь.

– Не плачь, милая. Не нужно слёзы лить. Всё у нас хорошо, – Цветик опутал меня своими листьями и прижал к себе.

– Мои рабочие инструменты испорчены, – вытирая слёзы, посмотрела на друга.

 – А ещё хозяин дома украл из бумаг договор, и сейчас, даже если я захочу, не смогу доказать, что снимаю этот дом.

Пока мы собирали разбросанные вещи, на улице совсем стемнело. Радовало то, что господин Вахнушкин не решился присвоить себе замагиченную родовую шкатулку. К моему счастью, она лежала в одном из четырёх чемоданов.

Думаю, что он понимал, что укради и не оберёшься проблем. Да и вскрывать такие шкатулки редкий артефактор возьмётся, разве только из Чёрного квартала умелец, не гнушающийся нечестным заработком.

Открыв шкатулку, я с облегчением выдохнула. Остатки денег и мои украшения были на месте. Я их почти никогда не надевала, но память о маме…

– Ты сиди тут, а я быстро пробегусь по улице. На доске объявлений должны быть предложения о сдаче жилья, – предложил Цветик.

А на высоких столбах уже загорелись магические фонари.

– Хорошо, только надолго не пропадай, – напутствовала убегающего друга.

Ещё раз посмотрела на собранные вещи и вновь горько вздохнула.

В голове крутились мысли и отнюдь не позитивные. Очень хотелось отомстить домовладельцу, который спрятался за крепкой дверью и ждал, что же я буду делать.

Собрав вещи, я понимала, что могу вызвать охрану. И, скорее всего, найдутся свидетели, что я тут жила и работала.

Только вот без договора это ничего не будет значить. Да, жила, но договора нет, поэтому домовладелец в своём праве. Захотел выгнать и выгнал.