Его. Моя. Луна

А можно называть меня как-то иначе, а не волк?! Пусть она не знает моего имени, но можно же как-то по-другому… «Мой альфа», например, меня бы устроило. Вполне…

Ага, так она и разбежалась признавать меня своим альфой. О чём и свидетельствовали её пылающие злостью глаза.

– Ты однажды уже попытался испортить мне жизнь. Но я смогла ускользнуть, хоть и поддалась тебе. Только тогда я была глупой, не умела в полной мере владеть собой. Также у меня не было той силы, которая есть сейчас, – её глаза теперь засветились розовым.

А я ещё тут мечтал про «мой альфа» – она сама вон альфа. Моя.

– Я больше не поддамся на твои провокации. Будь ты единственным мужчиной во всём мире, тебе ничего бы со мной не светило. И знаешь, почему?

Я знал. И она знала, что знаю. Но хотела же уколоть побольнее. Глупая. Думает, мне не плевать на её чувства к этому недоумку. Мне вот её любовь нахрен не сдалась. Мне нужно всего-то её тело. И то ненадолго. Пока не надоест.

– Я люблю его, а ты навсегда останешься лишь моей ошибкой.

Маленькой, ничего не стоящей ошибкой. Которую я исправила. И как только ты придёшь в себя и перестанешь валяться тут как самый последний слабак, я вышвырну тебя из своего дома.

Вот стерва.

И ведь я знал, что она скажет. И был уверен, что это ничего не значит. А почему-то внутри начало ныть… И почему, спрашивается? Мне же всё равно на её чувства к другим. Ведь всё равно?

Тут на её лице отразилось нечто вроде сожаления. Возможно, из-за последних слов. Всё же этот барс на неё плохо влияет.

Меня вот слова про слабость не тронули. Потому что я знал, что я не слабак. А она считает наверное неправильно говорить так больному.

Однако тут же пришла в голову мысль, что это всё как раз очень удачный момент перейти к той части, что задумал до этого – надавать на её жалость.

И превозмогая боль, я нащупал на ковре рядом с собой её ладонь, на которую она упиралась, и невесомо погладил пальцем венку на запястье. Брови Эррин взлетели. Потом она медленно и немного растерянно, от чего я почти ликовал, перевела взгляд вниз, на наши руки и…

– Ты меня за дуру держишь, волк? Думаешь, этот дешёвый спектакль со мной сработает? Ты бы ещё в любви мне признался, – она поморщилась и отодвинулась дальше.

А я испытал досаду. Ведь именно так и планировал действовать. Не сработало, похоже. Кажется, она и правда не так глупа, как я думал. Или это у неё только с облезлым ирбисом срабатывает.

Жаль.

Но жалел я недолго.