Отвернись. В плену у зверя

Какая же сладкая…

А как она тянется к нему, как целует, проводя язычком по нижней губе, оттягивает её, прикусив… Как подставляет шею для новой ласки… Как выгибает спину, позволяя ему, то есть мне, трогать её грудь…

Как бы я ни держался, но на этом моменте уже был не так уж и против взять её. И зверь меня в этом поддерживал. Прямо тут, в кабинете, он задирал на ней юбку, рвал когтями чулки, прикусывал метку, из-за чего она вскрикивала и цеплялась за его спину, прижимаясь крепче, раздвигая бедра и обхватывая его торс ногами, а руками расстегивая на нём ширинку…

Как течная сука подставляется.

Не терпится ей. Ненавижу…

Но как же это приятно. Ощущать, что она наша. Что можно делать с ней что вздумается… Вот снова!

Член стоял колом, но этот олигофрен медлил, желая насладиться ею дольше. Какого хрена он ждал, когда она и так готова?! Её запах сводил с ума. Это было пыткой. Я бы не выдержал. Да и не стал бы сдерживаться. Но он лишь водил головкой по влажным складкам, продолжал целовать её, пока самочка (тьфу, девка эта) не начала двигаться ему навстречу сама.

И только тогда он сделал то, чего хотел уже даже я.

Девчонка была тугой и горячей, и мы оба зарычали в унисон, когда проникли к неё полностью. Она отозвалась пошлым стоном, который возбуждал только сильнее. Всё. Хрен с ними. Потом буду её ненавидеть. Адекватно оценивать девку, когда я, собственно, в ней же, ни хрена не получалось. Я уже верил, что она не при чём. Что она оказалась в лесу случайно. Что зверь не ошибся и его не ввели в заблуждение.

Что именно она – наша пара. А если и нет.

В сексе мы подходили друг другу идеально…

На какой-то момент наши два сознания будто объединились. Уже не понять, кто из нас брал её сейчас. Кто рвал на ней рубашку, чтобы добраться до кожи. Кто целовал её шею и лицо. Кто из нас держал её в своих крепких объятиях. И кому из нас она шептала, что соскучилась. Кого называет «своим».

Да ей Оскар впору вручать за эту игру…

Но всё потом.

Сейчас я хочу закончить начатое. Девчонка стонала так, что, наверное, весь бизнес-центр знал о наших с ней «переговорах».

Хотя у меня в кабинете и была звукоизоляция. Но если вот не пороть чушь и посмотреть на вещи реально, то и я был хорош. Вжимал её размашистыми движениями в диван, стискивал ручищами её бедра так, что выступали капельки крови от когтей, и периодически издавал рык, как психованный кобель на случке. Хотя ни хера я не был кобелем. Мы – барсы, другие. Разборчивые, хоть и любим разнообразие.