Отвернись. В плену у зверя

Он смотрел в мои глаза, будто искал в них что-то. Да только там не было особо ничего. Кроме огромной, давящей усталости. Теперь, когда он был рядом, жар отступал, мне становилось немного лучше по ощущениям, только от этого накатывающего спокойствия я уплывала куда-то в свои мечты.

Наверное, не только я нужна зверю, но и он мне, поэтому появилось нечто вроде облегчения. Хотя вряд ли этот мужчина станет обо мне заботиться, как зверь, но мысль, что последний тоже рядом, утешала. Почему-то.

– Разреши … пожалуйста… будить меня, – шептала я, уткнувшись в его так знакомо пахнущую ладонь, уже отключаясь.

Лучше уж пусть посмеется и попросит что-то взамен, чем умирать вот так, если, я конечно, еще жива. Мысли путались, тело обретало легкость и свободу…

Сквозь пелену беспамятства чудилось, что сильные руки поднимают меня, прижимают к горячему телу и гладят по голове, волосам, спине, подносят к моим губам чашку с чем-то сладким…

Хороший, добрый сон.

Глава 19

Он

Самочка мне улыбалась, а я взял и всё испортил… Мало того, что держал её руку, наверное, слишком крепко, так ещё и, начав гладить её снова, вырвал несколько волосков, от чего она громко вскрикнула.

А я испугался. Что снова обидел её, что сделал больно… Хотел опять уже осторожно погладить, но не решался.

Но она что-то сказала мне, так мягко, так спокойно, будто не злилась. Я смотрел на неё и совершенно не понимал, как общаться с такой непонятной хрупкой самочкой. Думал, что когда находишь свою, становится гораздо легче, а получилось…

Но что это я.

Всё равно моя. Не отдам…

Тем временем девочка начала разбирать хлам в углу жилища, я не знал, откуда он, но мне нравилось, что она ведёт себя как хозяйка, хоть бросает на меня иногда опасливые взгляды.

А когда она нашла большую дырявую тряпку и положила её на нашу подстилку, я даже немного обрадовался. Значит, хочет, чтобы нам было удобно спать… вместе, конечно… Пока я размечтался о том, что буду делать с ней, она почти закончила свое занятие.

Да пусть делает что угодно, лишь бы не шарахалась от меня. И тогда я подошёл ближе и взял ручищами её личико, заставив смотреть на себя, а ещё погладил по голове, как до этого, ожидая улыбки.

Мне нравилась она такая. Хозяйственная, сноровистая… Нарадоваться не мог. Наконец-то поняла, зачем она тут. Чтобы в жилище меня ждать, чтобы радовать, слушаться. Может, она раньше просто не понимала, зачем я её привёл к себе? Ну, глупенькая же. Надо быть к ней снисходительнее.