Отвернись. В плену у зверя

Гордился собой, что могу позаботиться. Только это тоже странно, что она мерзнет. Ну что поделать – больная.

Она начала дергаться в сторону от меня.

– Раз мерзнешь, погрейся, куда?

Сообразила, наконец, что ли? Умолкла. Замерла. Вот и правильно. Что от меня отодвигаться-то. Наоборот бы…

И вот наконец она расслабилась, даже чуть прижалась. Когда её попка вжалась в мой пах, пришлось прикладывать массу усилий, чтобы не повторить свои фантазии наяву. И так слюной её уже почти залил.

Но у неё даже запах изменился, страх почти пропал.

Это хорошо. Нельзя пугать больше. Не буду. Так приятно её в руках держать. Сразу мысли глупые об отсутствии памяти не лезут. Вообще все мысли в паху. И вся воля направлена на то, чтобы себя сдерживать.

Она закрыла глазки и засопела снова. Уже не дрожит, и теплая вся. Вот. То-то же. А сначала уползала… И мне хотелось снова растянуть это время до утра, чтоб подольше с ней вот так полежать.

Хорошо.

Задремал совсем немного. Всё налюбоваться не мог. И жалел.

Проснулся с первыми лучами солнца. А рядом – это чудо. Чуть не взвизгнул от счастья. Нюхал её, трогал осторожно, чтоб не будить, прикусывал совсем немножко, аж слюна капала. Приятно, ммм…

И так обидно стало, что она, проснувшись, притворилась, что дальше спит.

Опять не нравится ей что-то? Я же с лаской. Глупая самка.

Чтобы не сорвать на ней свое раздражение, подорвался в лес. На охоту. Покормить надо. Может голодная – от этого и злая?

Далеко не пойду. Быстро надо. Да и кабана она не съест.

Ей бы что поменьше, помягче, вкуснее. Ну и вдруг испугается опять одна-то.

Времени на то, чтобы отловить длинноухого и прикончить ушло совсем ничего. Но я не торопился сильно. Пусть осмотрится, обживется, осознает, как ей повезло. А я приду с пищей. Порадую.

Смотрю, а она в дверь высунулась. Встречает. Хорошая девочка.

Но тут же внутрь забежала обратно, спряталась. Поиграть хочет? Бодрым шагом шел к жилищу. Даже не подозревал о том, что у нас дальше выйдет.

А как вошел, застыл сначала от неожиданности.

В угол забилась и зверем на меня смотрит. И снова запах страха. Да что с ней не так-то?!

Кинул ей добычу. Пусть увидит, какой я. Поймёт.

Но она и этого не оценила. И судя по недоумевающему взгляду, который от дичи переводила на меня и обратно, и не понимала, что к чему. Оглядывалась вокруг зачем-то, будто искала что. Да что тут можно искать. Она, да я.

И заяц.

– Ешь, бестолковая, – подвинул тушку к ней ближе.