Канарейка

Что-то ведь хотела там Лира отыскать? По крайней мере, надеюсь, что эта вылазка не являлась банальным девичьим любопытством.

Марта ушла, попутно задувая свечи в коридоре. Прихватив чахлый огарок, что имелся в моей комнате, прошмыгнула за дверь. Двигаться пришлось медленно, бдительно послеживая, чтобы огонёк не потух.

Влево от меня находилась кухня, кладовая и что-то вроде прачечной. Очевидно, для зимнего времени года. Сейчас же, когда тепло, стирались прямо на берегу. И то верно – потаскай-ка эту воду с реки.

Дальше – выход на улицу. Я туда не пошла, и так уже видела, пока бегала купаться. Правее располагались ещё три пустых комнаты, похожие на мою, только кроватей в них было больше. Больничная часть? А меня, значит, в одиночку посадили.

Дальше коридор упирался в ещё одну дверь и делал поворот влево. И вот оттуда ещё доносились слабые звуки жизни, из щели на пол пробивался слабый свет. Сделала пару шагов, прижалась к стене, в любой момент готовая задуть свечу, и прислушалась.

До ушей донеслось мурлыканье Марты. Очень тихо, но точно – она.

Ага, понятно, помещения для людей, обслуживающих жителей монастыря. А вот интересно, она ведь не церковнослужитель? Да нет. Точно нет. А жить при монастыре дозволяют. Так бывает? Ладно, не так оно и важно.

– Главное, чтобы тётка меня не заметила, а то точно шею намылит. – сердить союзницу совершенно не хотелось.

Вернулась к двери на углу и потянула за ручку. Не поддалась. Дёрнула чуть сильнее, и тут раздался такой скрип, что у меня зубы свело.

Казалось, слышно было на весь монастырь. Или мне со страху так померещилось?

Пение прекратилось:

– Донна, ты, чтоль, там бродишь? Чего неймётся-то?

А я уже тихо, как шерстяной клубок, кубарем влетала в свою комнату и запрыгивала под одеяло. Прямо с потухшей, но ещё горячей свечкой в руках. Теперь вот заделье на утро будет – воск отскребать.

Марта всё-таки заглянула, посмотрела на усиленно сопящую меня (я даже успела для достоверности вольно раскинуться по кровати).

пробормотала: "Странно", и пошоркала к себе.

Позднее выяснилось, что там, куда я не попала, находились иконописные мастерские. А больше в этом здании ничего не было. И никакого намёка на подвал. И стоило оно таких нервов?

За пару дней до предположительного срока "освобождения", перестала притворяться такой уж слабой. А то, чего доброго, надумают продержать меня здесь ещё недельку.