Агентство «Острый нюх». По следам приключений

Вообще, не любила эти заведения, здесь для моего чувствительного носа слишком резко пахло: лекарствами, старостью, целительной магией, травами и прочим, что сопровождает заботу о человеческом и не очень здоровье. На несколько мгновений я задержала дыхание, а потом направилась к табло около стойки регистрации – нам нужен был главврач. Рэм только мельком глянул на него и уверенно пошёл к лестнице, я за ним.

– Не против, я сам поговорю с врачом? – по пути осведомился он.

Странный вопрос. Он начальник, почему я должна возражать против его действий? Пожала плечами, кивнула, поднимаясь по ступенькам.

Кабинет оказался на третьем этаже, и на табличке значилось «Станислав Петрович Иванченко». Рэм постучал, получил разрешение войти, и мы зашли.

– Добрый день, Станислав Петрович, – поздоровался шеф и протянул руку.

Я же огляделась: действительно кабинет, не врачебный, а как будто в каком-то офисе. Полки с папками, удобный диванчик в углу, письменный стол, заваленный бумагами, тонкий экран компьютера. И сам хозяин, молодцеватый, подтянутый мужчина средних лет с умными, живыми глазами.

– Добрый, – главврач пожал руку и скользнул по мне взглядом.

Целитель, определила я, почуяв тонкий, цветочный запах, исходивший от него. Они все так пахли, травами или цветами, уж не знаю, почему. Видимо, особенность магии.

– Чем обязан? – спросил Станислав Петрович и махнул рукой на стулья для посетителей. – Присаживайтесь.

– Меня зовут Рэм Рожнов, я директор агентства «Острый нюх», – представился мой шеф.

 – Это моя сотрудница, Алёна Наумова. Мы здесь по поводу одного вашего пациента, Николая Колесова, он недавно умер, а перед этим в реанимации лежал после тяжёлой аварии.

– А, – врач кивнул, соединив кончики пальцев и не выказав никакого удивления по поводу того, откуда мы. – Помню такого. А что с ним не так?

– Дело в том, что с ним провели запрещённый ритуал, и мы расследуем, кто и зачем это сделал. Нам надо посмотреть палату, где он лежал, – объяснил всё, как есть, Рэм.

Станислав Петрович нахмурился, побарабанил пальцами по столу.

– Тёмный ритуал, говорите? Нехорошо, – он покачал головой. – Пойдёмте, она как раз свободная сейчас, – мужчина поднялся.

Палата реанимации, где провёл свои последние дни Коля, располагалась на втором этаже. Станислав Петрович предупредил медсестру на посту, что мы по делу пришли, и чтобы нам не мешали, показал палату и оставил нас, попросив держать его в курсе, если вдруг это кто-то из персонала виноват.