Академия Последних

Пусть сначала пар выпустит, а потом и расспрашивать можно. Они набрали на подносы еды и вернулись за стол, и Риа то и дело косилась на вход, дожидаясь, когда же придет брат и его приятель.

Она успела съесть почти весь омлет и овощной салат с вкусной подливкой и оранжевым южным луком, когда парочка наконец появилась, и Рианора подобралась, тут же позабыв о еде. Мирания, проследив за взглядом ведьмы, подняла брови, с интересом разглядывая вошедших.

– Новенькие? И какие интересные-е… – протянула боевичка и покосилась на замершую Рианору.

– Который темненький – мой брат, – коротко ответила Риа и добавила сквозь зубы. – А вот его приятель сейчас огребет!..

И она, резко отодвинув тарелку с остатками омлета, поднялась и стремительно направилась к столику, где устроилась парочка.

Мирания, покачав головой, тихонько хмыкнула и уселась поудобнее, собираясь насладиться зрелищем. У Рианоры темперамент будь здоров, она очень легко вспыхивает, тем более ее дар прошел только первую ступень инициации.

Между тем Риа подошла к столику, где сидели Шейр и Конрад, остановилась, уперев руки в бока, и уставилась на Инквизитора пристальным, злым взглядом.

– Еще раз увижу около своей двери твои нелепые цветочки, – тихо с едва сдерживаемой угрозой начала она, и Конрад вскинул голову, удивленно посмотрев на девушку. – Засуну тебе их в задницу так глубоко, что будешь выковыривать до самой смерти!

– Какие цветочки? – с неподдельным удивлением отозвался Конни, отложив вилку и подняв брови.

– Не называй меня Норой! – прошипела Риа, детское имя всколыхнуло волну ярости, и ладонь аж зачесалась отвесить этому… этому… пощечину. – И хватит притворяться! Я предупредила! В следующий раз эту корзину тебе на голову надену, понял?!

И, резко развернувшись, под косыми, веселыми взглядами студентов и недоумевающими – брата и Конрада, Рианора стремительно, почти бегом, выскочила из столовой, позабыв и про сумку, и про оставшуюся за столом Миранию.

Бурлившие эмоции требовали выхода, или хотя бы успокоения, и лучше всего в гордом одиночестве. Ведьма не была уверена, что не нагрубит тому, кто рискнет сейчас заговорить с ней. Обойдя столовую, она пошла по дорожке к небольшому скверу, делая глубокие вдохи и сражаясь с желанием разнести тут все в пух и прах.