Тайны и маски

– Что ж, – Дама грациозно поднялась с кушетки и прошлась по будуару. – Тогда выбирайте. Любая игра, кроме поединка. Я не нарушаю правила этого Дома, – по алым губам скользнула усмешка.

– Любая? Даже жмурки? – развеселившись, переспросил Чезаре.

– Если вы выберете, вашей задачей будет поймать меня среди остальных гостей, – невозмутимо ответила Сеньора. – Или – мне вас, если водить буду я.

– Нет, пожалуй, предпочту всё же кости, «Домик счастья», – покачал головой Кастелли. – Развлечения оставим на потом, – добавил он, выразительно глянув на хозяйку покоев.

Показалось, или нет, её глаза сменили цвет? Теперь они отсвечивали зелёным, но в полумраке было не особо хорошо видно, и Чезаре мысленно махнул рукой. Какая разница, какого цвета глаза Дамы в Маске? В конце концов, под этой маской вполне может быть искусная иллюзия. Кастелли не рискнул проверить, опасаясь, что Сеньора воспримет это не слишком благосклонно и откажется играть с ним.

– Как пожелаете, сеньор, – бархатным, пробирающим до самых костей, голосом ответила женщина, и у Чезаре в паху моментально жарко затяжелело, а штаны стали причинять ощутимое неудобство.

Хорошо, она отвернулась к изящному комоду с множеством ящичков, и Чезаре, сделав пару глубоких вдохов, успел взять себя в руки, отвесив мысленный подзатыльник. Сеньора в Маске вернулась к кушетке, неся в руках шкатулку из резного красного дерева, и поставила на стол, опустившись обратно.

– Играем один раз, сеньор Кастелли, никаких реваншей, – предупредила она и открыла крышку, достав дощечку с вырезанным полем и стаканчик с костями.

– Я понял, – Чезаре наклонил голову, уже предвкушая, какое загадает первое желание.

Пожалуй, добавить в список своих побед известную флорентийку будет весьма приятно, а потом уже можно заняться глупышкой Контессиной. Дама высыпала рядом с доской горсть мелких монет и откинулась на спинку, махнув рукой.

– Ваш ход первый, сеньор Кастелли, – мягко произнесла Сеньора в Маске. – По праву просителя.

Чезаре взял стаканчик из резной слоновой кости и, несколько раз тряхнув его, выбросил два кубика на стол рядом с доской.

…Кастелли с трудом сдерживал ярость, с недоверием глядя на доску и кости. Он проиграл. Он – проиграл! А эта флорентийка смотрела на него с такой ленивой улыбочкой превосходства, что страстно захотелось стереть её с этого лица, скрытого под маской, аж пальцы зачесались. Но вряд ли пощёчина исправит дело. Чезаре проиграл и теперь должен этой рыжей нахалке шесть желаний.