Приручи, если сможешь

Я захлопнула рот, задавив в зародыше желание поспорить, тем более, Роман мягко подтолкнул, и пришлось шагнуть вперёд, в полутёмные сени, где неожиданно вкусно пахло сухими травами и какими-то пряностями. Зенгар снял туфли и зашёл в комнату, и я, воспользовавшись моментом, повернулась к Роману и как можно твёрже прошептала:

– Надеюсь, ты не принял как руководство к действию слова этого шамана?

Глаза Логинова блеснули в полумраке сеней, и я сразу напряглась, особенно увидев ещё и широкую усмешку.

– Мне не нужны подсказки, Элис, чтобы определиться со своими действиями.

Давай, проходи, – его ладонь снова коснулась моей поясницы, и я поспешила шагнуть вперёд, избегая прикосновения.

Слова Логинова ничуть не успокоили, а ещё ведь это свидание вечером! Чёрт. Так, ладно, мысли, брысь. Чтобы отвлечься, я огляделась, рассматривая жильё шамана. Внутри, в единственной просторной комнате, на полу лежал ковёр, очень приятный на ощупь, с ярким узором, и ничуть не вытертый. На окне кружевная тюль, в углу – вместо кровати толстый матрас, накрытый лоскутным покрывалом, а посередине низкий П-образный диванчик, заваленный кучей разноцветных подушечек.

Хозяин направился прямо к нему, ловко уселся, поджав под себя ноги и сделал гостеприимный жест рукой над столиком, уставленным глубокими пиалами, глиняным чайником литра на два и многочисленными тарелочками со всякими южными сладостями и вкусностями.

– Садитесь, говорить будем, – обстоятельно произнёс Зенгар, проведя пальцами по усам.

Я забралась на диванчик, постаравшись устроиться поудобнее, Логинов разместился рядом. Хозяин взял чайник, начал разливать по пиалам тёмно-коричневый, пахучий напиток, и когда закончил, спросил:

– Что вы принесли мне?

А я снова удивилась: откуда Зенгар знает, что мы что-то принесли? Роман же сказал, что совета хочет спросить. Кстати, смотрел шаман на меня, будто знал, что именно в моих карманах улики. Я достала амулет и сильрит и протянула ему.

– Вот, – пояснила, поскольку Логинов молчал.

 – Это нашла случайно, – я ткнула в амулет, – а камень – на месте преступления, около высушенного трупа, с которым провели какой-то нехороший ритуал. Можете что-нибудь сказать?

Зенгар забрал у меня вещдоки, я же обхватила пиалу и поднесла к лицу, вдохнув пряный, с фруктовыми нотками, аромат, и осторожно пригубила. По языку растёкся потрясающий вкус, и я зажмурилась от удовольствия, сделав полноценный глоток.