Живое и мертвое

Но все по контракту и в рамках закона. Деньги ваши, почка наша.

Винни почувствовал, что бледнеет. Ноги слабеют. Еще немного и повалится на землю прямо тут. Плохо соображая, он почувствовал, как что-то вцепилось в предплечье, сжало и удержало на ногах.

– Говорю же: не пугай, – прозвучал рядом сердитый баритон Петро.

– А че я? – не понял громила. – Я так, беседу поддержать.

Хватка стала жестче. Парень почувствовал, как его куда-то тянут. Понимая, что не способен на самостоятельность, отдался на волю своего мертвого знакомого.

Тот, впрочем, ничего страшного с ним не сделал. Оттащил обратно за угол, прислонил к стене и дал отдышаться.

– Ты тоже… это… продаешь? – прохрипел Винни, понемногу приходя в чувства.

Он поглядел на Петро, словно пытался рассмотреть его до самых костей.

– Брось, – поморщился упырь. – Я собиратель, а не убийца. И вообще, здесь все чтят закон.

– И по закону продают человечину?!

– По закону, – согласился Петро. – Это убивать нельзя. А продавать никто не запрещает.

И потом что тут такого страшного?

Винни захлебнулся от возмущения.

– Что?! Что тут страшного? Там мертвые люди. Головы чьи-то, руки, ноги… А вы их продаете, как говядину. И это не ужасно?

– Странные вы, живые, – фыркнул Петро. – Сами себя продаете в любом виде и под любым соусом. Друг друга продаете за тридцать монет. И ничего страшного. Все в порядке вещей. А кто-то продал кусок мертвого мяса и все. Ужас! Я тут как-то разборку видел. Знаешь, две кучки живых стали делать друг из дружки мертвых.

Я много чего видел, но тут как-то не по себе сделалось. Они стрелять из своих мушкетов и пистолей закончили, я к одному подхожу, говорю: «Что ж ты делаешь, убийца хренов?» А он на меня смотрит, как на ублюдка какого, и говорит: «Не ругайся, это не хорошо». Понимаешь? Убивать, значит, можно за просто хрен, а ругаться, видишь ли, нельзя. Я простой дохлый парень из захолустья. Но я этого не понимаю.

– А сам? – не сдержался Винни.

Петро посмотрел с укором.

– Брось, если б я хотел тебя убить, я бы сделал это в лесу.

Зачем тащить тебя куда-то? И потом, у нас же уговор.

– Но откуда тогда все это… эти останки? Если никто никого…

– Ну, во-первых, случаются и лихие люди. И лихие нелюди тоже. Им все равно кого убивать, лишь бы денежки были. Потом, сами люди выкидывают трупы. В Лупа-нопа тоже есть свой криминалитет. Кто-то что-то не поделил, выехали за город, постреляли. Хоронить-то никто никого не станет, кто бы ни победил. Говорю же, разборки.