В куриной шкуре

Что ж, если это было покушение, а не несчастный случай, тем хуже для убийцы. Он боится, он суетится, а значит, уже совершил или совершит завтра свою единственную роковую ошибку.

Тем же вечером Кору вымыли. Она была в полусне, лишь ощущала прикосновение ласковых рук медицинских сестер, слышала смутные, неразборчивые голоса – остальное ей рисовало живое воображение – ее тело, тридцатилетнее, ладное, стройное, узкобедрое и длинноногое, возникло перед ее внутренним взором так, словно она стояла перед зеркалом. Люди по-разному относятся к своему телу – Кора любила свое, нежила, укрепляла гимнастикой и плаванием и надеялась, что оно и в будущем послужит ей славно, как служило раньше… Но что с ним? Насколько оно повреждено покушением? Скорее бы все узнать…

На следующий день к ней опять заявился доктор.

– Завтра, – сообщил он, – мы позволим вам говорить и немного двигаться.

«Он увидел улыбку? Он увидел, как я улыбнулась? Почему же он не улыбается в ответ – неужели он не знает, что у меня самая заразительная в Галактике улыбка?»

– Но я вас должен предупредить, что, возможно… – врач осторожно откашлялся, – возможно, вам будет не по душе ваш внешний вид.

«Ага, значит, меня сильно покалечило», – отметила Кора. Но не расстроилась, потому что отлично понимала: в двадцать втором веке человек может исправить свое тело в тех пределах, которые ему нужны. А потом дома, на Земле, телу возвратят прежний облик. Конечно, придется полежать еще несколько недель в больнице – но она и так собиралась взять отпуск.

Кора вынуждена была дать себе отчет в том, что все же нервничает. Хорошо рассуждать о будущем, не зная настоящего…

– Поймите нас правильно, – продолжал врач, отводя взгляд, – положение у нас было безвыходное. Как практический работник, вы можете нас понять. Мы имели дело с тем, что от вас осталось. У нас нет запасных тел. Вернее, есть одно. Тело, которое в нормальных обстоятельствах мы бы не стали использовать.

«Неужели у них было лишь мужское тело?» – ужаснулась Кора, но спросить не смогла.

– Потому я вас прошу мобилизовать всю вашу волю, чтобы помочь нам – и в конечном счете помочь себе.

«Это хорошо не кончится», – сказала сама себе Кора и постаралась философски отнестись к ближайшему будущему. Но, разумеется, ни о каком философском отношении и речи быть не могло – ожидание такого рода для женщины, тем более для женщины привлекательной и нестарой, оказывается страшным испытанием.