Только хорошие умирают молодыми. Фантастический роман

«Серая зона»

С утра пришел посыльный из Штаба, Стасик Панкеев, парнишка лет шестнадцати, с которым Музыкант как-то разговорился на крыльце Штаба, ожидая, пока штабисты закончат какой-то крайне важный разговор, которого ни в коем случае нельзя было прерывать. Стасик принадлежал к интересному поколению: люди его возраста до Катастрофы уже вполне осознанно воспринимали окружающий мир, но как личности они формировались уже после Катастрофы. Несмотря на то что парень еще не достиг возраста, в котором люди Города обязательно носили оружие, заступали в караулы и совершали вылазки в «серую зону», металлический кругляш на его потертой джинсовой куртке уже украшала плетеная нитяная косичка.

Пока что одна. Из разговора на штабном крыльце Олег знал, что крысу парень подстрелил чуть ли не случайно – когда носил бумаги на один из постов, который внезапно подвергся атаке тварей. «Крысиный хвост» сплела некая «рыжая Машка», к которой Стасик неровно дышал. По крайней мере, так оно было два месяца назад.

– Музыкант, тебя в Штаб, – сообщил Стасик, торопливо пожимая протянутую руку.

– Что стряслось?

Посыльный пожал плечами:

– Я-то откуда знаю?

– Будет врать-то. Чем вам еще заниматься, кроме как подслушивать? Секретность у нас, сам знаешь, аховая.

– Ну ладно, – не стал особо сопротивляться парень. – Вроде как планируется какая-то глубокая разведка. Но это так, я только краем уха слышал…

– Глубокая разведка… Вон как… – протянул задумчиво Олег.

 – Хорошо, дуй обратно в Штаб и скажи, что я скоро буду.

– Ты это… Поскорее… – засопел Стасик, которому явно неловко было велеть что-то «самому Музыканту». – Там сказали, чтобы ты одной ногой здесь, а другой – там.

– Мало ли что там сказали, – буркнул снайпер. – Приду-приду. Позавтракаю, побреюсь и приду.

Посыльный бросил на него завистливый взгляд, в котором явно читалось желание уметь и мочь поступать так же, как «сам Музыкант», и не слушаться всесильных штабистов.

– Ты сам поторопись, – добавил Олег.

– Все, исчез! – крикнул парень уже на бегу, стуча каблуками ботинок по лестнице.

– Что, вызывают? – спросила Иришка.

– Угу. Понадобился зачем-то. Чаю налей, пожалуйста.

– Ты правда не будешь торопиться?

– Совершенно.

– А если там что-нибудь очень серьезное? Вдруг действительно вопрос жизни и смерти?

– Если там вопрос жизни и смерти.