Чехова, 16

Основная часть дома состояла из гостиной на первом этаже и комнаты на втором. Соединяла помещения широкая и довольно крутая лестница, одним боком вмонтированная в стену.

Комната на верхнем ярусе имела полное право называться кабинетом. Здесь были два больших окна, выходящих на улицу и внутренний двор соответственно, массивный стол с выдвижными ящиками, мягкое рабочее кресло советского образца и узкая оттоманка в углу с порезанной не нескольких местах обивкой.

А еще в кабинете был камин – не слишком большой и не очень красивый, обитый почерневшим от сажи и времени металлом.

Печная труба толстой каменной кишкой уходила вверх, на крышу. Почему строители решили сделать очаг именно на втором этаже, тем самым оставив первый без обогрева, Сеня так и не понял. Но и задавать свои вопросы новому невидимому другу пока не спешил.

Он прошелся вдоль книжных полок, которыми были заставлены стены. Многие корешки потемнели от времени и въевшейся грязи, но часть книг все же поддавалась опознанию.

В основном ими оказались старые постсоветские романы о шпионах, кгбэшниках и бравых военных, борцов за справедливость.

Надышавшись пылью, Сеня закашлялся и поспешил на воздух. Из гостиной во внутренний двор вела отдельная дверь. Петли ее давно проржавели и, чтобы выйти наружу, потребовалось приложить некоторое усилие.

Сразу за порогом начиналась короткая, в пять ступеней, лестница, выходящая на узкую крытую веранду. Та тянулась вдоль стены и упиралась в еще одну лестницу, ведущую в первый флигель.

Сеня поднялся по ней и оказался на крошечной советской кухоньке, невесть как умещенной внутри пристроя.

Судя по количеству пыли и облупившимся навесным шкафам, едой тут не пахло очень давно.

Сеня вдруг осознал, насколько он голоден. В животе предательски заурчало.

– Виджей, – позвал он, – понимаю, что глупо спрашивать, но… Здесь есть какая-нибудь еда?

«Там посмотри…»

Нижняя дверца буфета открылась сама собой. Сеня невольно напрягся.

Он никак не мог привыкнуть к странностям этого жилища.

В шкафчике все заросло плотным слоем пыльной паутины. Кроме того, на кухне было довольно темно: свет, падающий из маленького запыленного окошка в стене, оказался слишком тусклым. Поморщившись, Сеня раздвинул паучьи занавеси и просунул туда руку. Ладонь почти сразу уперлась во что-то, изогнутое и металлическое.

Сеня вытащил предмет с полки и поставил его на стол.

«Поздравляю, – воскликнул Джей.