Архитекторы

– Но ведь равновесие должно соблюдаться!

– Эти старики сами придумали равновесие разума и материи! Как ты не понимаешь? Нас держат за дураков! Мы можем нечто большее, чем создавать бесплодные пояса астероидов. Плодя их в неимоверных количествах. А газовые гиганты! Да чем оправдать их создание? Только тем, что требуется стабилизировать безжизненные системы? – почти кричал голос, срываясь на звонких согласных. – Зачем их стабилизировать, если они бесплодны? Или они нужны просто ради красоты? Кто ими будет любоваться, кроме нас? Не спорю, у Маргариты они получаются очень красивыми.

Эти турбулентные структуры, потрясающе отлаженные механизмы конвекции в атмосфере. Блеск! Но зачем?

Павел смотрел исподлобья на товарища, сидевшего к нему спиной и с таким жаром говорившего вдаль. Казалось, обращался он к лесу, к этим странным растениям, что пустили корни в такую сложную по структуре почву. Павел оглядывался по сторонам и его взору представали сложные геометрические решения многих задач, с которыми он сам сталкивался, создавая очередную суровую и безжизненную планету.

– Успокойся, слышишь? Ты даже со своим отражением поругался, а со мной не стоит этого делать. Я же всегда занимал твою сторону.

– Почти всегда…

Обоим вспомнился случай в их практике. Когда они вместе доказывали непригодность метановой атмосферы для использования в таком огромном количестве проектов. На что их наставник приводил два ярких примера, когда жизнь смогла зацепиться за такие суровые условия и вопреки всему эволюционировать.

Это, по его мнению, считалось необходимым этапом для взращивания сильной жизни, готовой к испытаниям большого космоса. Но пока только дважды случай возобладал над статистикой. Никто из старших не хотел слушать о многих других вариациях атмосферы или почвы, о более щадящих параметрах проектирования. В конечном счёте порывы Павла рассеялись о неприступную стену многовековых догм. Его друг не смирился и обошёл все писанные и закреплённые лишь устно законы и правила. Они часто ссорились с тех пор, и однажды Безымянный повздорил со своим отражением в зеркале Вечности. Ещё немного, и он бы разбил гладкую и холодную поверхность, где отражение корчило гримасы и призывало к повиновению.

– Ты не представляешь, каково это. Когда огромная штука падает с неба, с грохотом разрывая атмосферу, убивая многих твоих любимцев мгновенно, а остальных в течение последующих лет. А я не мог ничего исправить и сидел здесь же.