Гибискусу не хватает света

Она зашла, держа свою спину прямо, будто гордилась тем, что у нее грудь третьего размера, обтянутая походным скафандром, плотно прилегающим к телу. Передвигалась она, слегка хромая, что не сразу бросалось в глаза.

За ней вошел худощавый парень, обритый на лысо. Его глаза скрывали солнцезащитные очки, а кожа была такая бледная, будто он вовсе не бывал в лучах звезд. Побритые щеки впали в лицо, а на правой скуле красовался заметный шрам, уходящий к виску. Он был выше своей стройной спутницы и также одет в походный скафандр.

После осмотра гостей Неман сделал вывод, что ребята недавно сошли с корабля. Выглядели неожиданные гости его ровесниками, при этом не имея на себе никаких опознавательных знаков органов правопорядка Конфедерации.

Зашли они молча, и направились сразу же к свободным стульям, чтобы сесть напротив контрабандиста, все еще сидевшего в наручниках. Неман с любопытством и тревогой взирал на этих людей, пытаясь прикинуть насколько их появление помешает Карлсону отпустить Ви-Церга.

Он не испытывал тревоги, потому что от гостей не исходила враждебность и, как минимум, среди них не было Кармен.

Женщина, имени которой Неман так и не смог вспомнить, стала смотреть на него своими песочными глазами. Контрабандист ответил таким же пристальным взглядом, внимательно изучая лицо девушки. На ее подбородке он заметил ямочку, которую тщательно скрывало освещение комнаты. Переведя свой взгляд на парня, Ви-Церг не смог отыскать его глаза за слишком темными окулярами очков, которые обычно носили люди, жившие при дефиците света.

Так они и сидели некоторое время, молча, изучая друг друга. Первым заговорил Неман, глядя прямо в то место, где за темными окулярами должны были находиться зрачки его гостя.

– Я не знаю, что ты тут делаешь, но предоплату я тебе не верну.

Его наниматель улыбнулся, обнажив своей улыбкой кривые зубы.

– Оставь себе. Это компенсация за моральный ущерб, – ответил он сиплым, но твердым голосом.

В этом парне с худой шеей еще в первую их встречу чувствовалась некая сила, скрытая за этой неприятной улыбкой.

А его голос только подпитывал это чувство.

Он хотел еще что-то добавить, но Неман перебил его.

– Я оставляю себе деньги потому, что ты подставил меня. Я понятия не имею, что ты здесь делаешь, да еще и с ней, – контрабандист кивнул в сторону девушки, – но все это выглядит подозрительно. Эти дармоеды-полицейские знали, что я появлюсь в этой системе.