Песня любви Хрустального Паука. Часть I. Книги Севера

Разорванные свитки приходилось складывать отдельно, сверять с обрывками, перепроверять по журналу, и всё это в полутьме – светильники расставлены были неудачно, и их никак нельзя было передвинуть. Эта библиотека явно не пользовалась успехом у читателей.

Ашаяти, ко всему прочему, только и делала, что разглядывала бесчисленные картинки, поэтому часто, вместо того, чтобы сматывать свитки и рассовывать по полкам, она наоборот разматывала их и заслоняла свет, чтобы всё хорошенько рассмотреть, прокомментировать, сыронизировать.

– Что здесь написано? – спрашивала она каждые две минуты.

Сардан заглянул через плечо.

– Соплеежка, – прочитал он.

Ашаяти медленно повернулась и внимательно посмотрела ему в глаза.

– Сама видишь какие в артели люди, тут и не такое насочиняют! – поспешил оправдаться Сардан.

– Я правильно понимаю, кто первым увидел нового духа, тот и придумывает ему название?

– Да.

– И кто-то очень остроумный назвал духа «соплеежкой»?

– Ты так удивляешься, как будто никогда музыкантов не видела и не знаешь, какие у нас наклонности и воображение.

– Вы серьезно больны, – Ашаяти почесала лоб. – Все как один!

– Ты несправедлива. Есть и среди музыкантов люди интеллигентные, поэтического склада ума. Вот, например: «Вишневые ягоды в лунном свете». Или – «Прикосновение блуждающего ветра».

– Ну а ты? В Матараджане говорили, что ты известен.

– У меня тысячи поклонников по всему миру!

– Разве что в твоих больных фантазиях. Но ты-то что-нибудь написал?

– Конечно. Правда, я не всегда был первым, поэтому чаще дополнял чужое, но где-то должно быть… – Сардан покопался в горе свитков. – Ага, вот это мое! – воскликнул он и гордо протянул находку Ашаяти.

Та взяла свиток аккуратно и с опаской – двумя пальцами.

«Стоны красавицы», – было написано на стержне. Ашаяти вздохнула устало и исподлобья посмотрела на Сардана.

«Другого я от тебя и не ждала», – говорил этот взгляд.

– Где-то еще был второй, как раз под твое отношение. Назывался «Вздохи красавицы».

– Ты никогда не думал о том, что твое пребывание на этой земле делает мир хуже? – спросила Ашаяти.

– Постоянно об этом размышляю.