Бункер разбитых сердец

Казалось, еще немного и лопнут, как перетянутая пружина, их вновь едва зародившиеся отношения. Но Михаил не спасовал перед этой угрозой. И не потому, что ему было все равно. Просто, как и всегда, хотелось, чтобы его сын был честным и порядочным человеком. Дай сейчас спуск, и вслед за этим он еще не раз воспользуется в жизни нечистыми приемами. А потому спокойно, но твердо повторил:

– Звони, Алеша, звони.

Тот нехотя достал трубку. Речь его была несколько развязна, но все же:

– Мам, короче, тут отец приехал… Какой, какой – мой родной… Да, это я его вызвал… А потому… Короче, я подумал, он лучше нас решит проблему… Да, рассказал.

В общем, мы сейчас с ним идем домой. Ты во сколько будешь?.. Ясно. А эта дома?.. Ну, предупреди ее. Пусть ждет… Минут через десять. Мы уже на остановке.

Разъединив связь, Алексей молча взглянул в глаза Михаилу. Мол, доволен? Тот так же молча кивнул и двинулся в сторону дома, осматриваясь по сторонам. Тут не много что изменилось за эти годы. Разве что некоторые старые деревья в аллее парка, через который они сейчас шли, спилили.

А новые так и не посадили. Да лавочки из зеленого цвета перекрасили в ярко-желтый. Первым нарушил молчание Родин-младший, видимо, тяготясь напряженной обстановкой:

– А ты кем сейчас работаешь-то?

– Охранником, – лаконично ответил Михаил, отбросив носком ботинка жестянку из-под пива, валявшуюся посреди дороги. Звякнув, она приземлилась аккурат возле урны.

– Это в смысле сторожем?

– Нет. В смысле охранником.

– А в чем разница?

Парень явно хотел взять реванш, снова пытаясь поставить себя выше отца.

Тому это очень не нравилось. И он решил сразу расставить все знаки препинания:

– Разница в названии. Послушай, Алексей, ты меня для чего позвал? Ради помощи или просто захотелось поглумиться надо мной? Если первое, то я для того и приехал. В другом же случае лучше поупражняйся в своем острословии с приятелями. Если, конечно, не боишься, что тебе набьют морду. Давай сразу условимся, мы – родные люди, а не львиный прайд, где тон задает сильнейший.

Или мы тут с тобой будем членами мериться? Имеешь на меня какие-то обиды, выскажи все разом. Только не надо вот так щипаться, как девочка-первоклассница. Мужчине это не к лицу. Согласен?

– Да не, я ниче, – выдержав некоторую паузу, смущенно ответил Алексей. – Извини. Ты прав. Не знаю, чего на меня нашло. Понимаешь, не просто было с этим Самойленко. Да и мать какая-то истеричная стала. Раньше такой не была. А ты… нет, ты не виноват.