И никого не стало…

– Со спины не узнал, простите, а вот когда вы обернулись… – Он так заулыбался, что женщина невольно потянулась губами к его идеально выбритой щеке…

Мужчина представился Александром. Они болтали о всякой ерунде, он рассказал остроумный анекдот про судью и присяжных, она смеялась, запрокинув голову, сверкая идеально выбеленными зубами. Пара забавных случаев из судебной практики – и она развеселилась окончательно, потеряла голову. Женщина практически не пила, но состояние было такое, словно уже прихлопнула бутылочку шампанского.

Потом он предложил ей покружиться в вальсе, перешли на быстрый танец, далее она оглохла, ослепла, задохнулась и уже не понимала, кто все эти люди, что прыгают в полутьме рядом с ними, и что им всем тут надо. Эти люди были лишними! Он потащил ее за руку с танцевальной площадки.

– Вы устали, Валентина? Хотите выпить?

– О да… – выдохнула она. – Это было бы здорово.

– Стойте здесь, никуда не уходите, договорились?

Да куда бы она ушла? Новогодняя вечеринка входила в стадию угара – публика захмелела, молодежь отплясывала, люди старшего поколения разбились на клубы по интересам, разбрелись по столикам и ели, пили и дымили.

– Валентина Максимовна, давайте к нам? – позвал ее кто-то, пробегая мимо.

Она отмахнулась. Кавалер отсутствовал недолго, вырос, словно из ларца, улыбаясь, с двумя бокалами шампанского. Они стояли в стороне от новогоднего хаоса, неподалеку от выхода, тянули игристый напиток и смотрели друг другу в глаза. Они о чем-то говорили – вернее, говорил мужчина, а женщина смотрела на него распахнутыми глазами, глупо улыбалась.

Голова кружилась все сильнее, мужчина расплывался – боже, это шампанское такое коварное! В какой-то момент она почувствовала, что реально становится плохо, сделала глубокий вдох, неуверенно улыбнулась. Зашумело в голове, а вся царящая вокруг карусель стала угасать. Мужчина забеспокоился, подошел поближе и отобрал у нее фужер, пристроив его на ближайшую поверхность.

– Вам нехорошо, Валентина?

Его лицо вдруг сделалось каким-то странным.

Глаза оставались участливыми, но кожа на лице вдруг как-то затейливо обострилась, стала ненатуральной, неестественной, лишенной пор и даже мелких морщинок.

– Ваше лицо, Александр… словно ненастоящее… – слабо прошептала Валентина Максимовна и глупо засмеялась. – Скажите… это ваше лицо… или вы его поносить на время взяли?

– Пойдемте на воздух? – предложил мужчина, тактично обнимая женщину за талию. – Там вам станет легче.