Между ударами сердца

– Братва, смотрите, ботан, настоящий ботан объявился. А в рыло ху-ху не хо-хо?

Покровский краем глаза следил за двумя гопниками, которые заходили к нему со спины. Коварная тактика уличных разборок у них была отрепетирована до мелочей. Один или двое распаляли противника обидными высказываниями и оскорблениями, а другие занимали выгодные позиции. Ну, а потом, скорее всего, набрасывались скопом. Затоптать толпой можно любого противника.

– Ну, так как насчет «в рыло»?

Покровский резко вытащил руку из кармана, матово блеснул внушительный пистолет-травматик.

Первый выстрел был сделан незамедлительно – в гопника в красной курке. Пулька угодила в шею. Урод взвыл, хватанул ртом воздуха, выпустил девушку и завертелся волчком.

С разворота Юра выстрелил в того, кто был у него за спиной, целил между ног. Отборный мат скороговоркой и причитания понеслись над стоянкой. Еще два выстрела, и компания гопников бросилась к машинам. Заурчали двигатели. Гремящие музыкой развалюхи одна за одной выехали на стоянку.

Покровский еле успел затащить спасенную девушку между машинами и выстрелил. Посыпалось боковое стекло.

Неподалеку уже кто-то кричал:

– Полицию, полицию вызывайте!

Кузьма с увесистым пакетом выбежал из-за припаркованного на стоянке микроавтобуса, встретился взглядом с Покровским и понял, что тот от него хочет, – приближаться не стал. Машины гопников пронеслись мимо и выкатились на улицу. Шум музыки затихал.

– Что тут случилось? – услышал Покровский в наушнике телефона голос друга.

– Долго объяснять. Я потом домой приду, – тихо ответил он и выключил связь.

Девушка испуганно оглядывалась, к ним настороженно приближались люди. Юра торопливо спрятал «травматик» в карман и прошептал:

– Надо сваливать. У меня на пистолет разрешения нет.

– Понятно.

Покровский схватил девушку за руку и потащил в темноту. Она не сопротивлялась. Вдвоем они пробежали через пустырь, оказались у новостройки.

– Погоди, никто за нами уже не гонится, отдышаться надо, – девушка присела возле забора и поправила растрепавшиеся русые волосы.

Сделала она это очень непосредственно, почти как ребенок. Только сейчас Юра разглядел ее получше. Практически никакой косметики, да и волосы некрашеные.

– Меня, кстати, Юлей зовут. А тебя?

– Юрой, – ответил Покровский.

– Наверное, ты не местный? – поинтересовалась Юля, поднимаясь с корточек, и пригладила подол длинной шелковой юбки. – Помял, урод.

– А что, у вас Юриев в городе нет?

– Пруд пруди.