Пули отливают из ненависти

 – Мне кажется, есть еще одна тема, которую мы не обсудили…

– И какая же? – Ирина чувствовала себя победительницей.

– Деньги, – спокойно ответил Глеб. – Мне нужны деньги.

Видит бог, он не собирался поднимать эту тему. Но то, что он увидел и услышал, коренным образом изменило его намерения. За все в этой жизни надо платить. Он заплатил. Всем тем, что у него было. Теперь пусть платит она. Хотя бы деньгами…

– Деньги всем нужны… – Впервые за время разговора Ирина почувствовала что-то, похожее на смущение. Отвела, спрятала глаза…

– Я мало тебе оставил? – чуть надавил Глеб.

– То, что ты оставил, сожрала инфляция… – Голос «бывшей» звучал очень неуверенно.

– Не ври! – остановил ее Глеб. – Я оставил столько, что твоя инфляция просто подавилась бы. Так вот, я хочу половину – так будет честно…

– Не тебе о честности говорить, уголовник! – Видимо, даже мысль о том, чтобы поделиться, была Ирине отвратительна. – Нет у меня денег! Понял?! Нет!

– Продай машину, – вкрадчиво посоветовал Глеб. – Она ведь не три рубля стоит…

– Да ничего ты не получишь! – Ирина уже почти кричала.

Лицо женщины исказилось – сквозь безукоризненно наложенный макияж проступили какие-то гадкие, уродливые черты. Ее «мачо» тупотил копытцами возле машины, но подойти ближе все еще не осмеливался. – А будешь настаивать – сдам тебя в РУБОП! За вымогательство! Понял?!

Глеб просто кивнул – да, он все понял. Разговор закончен. Его просто кинули, как щенка позорного. Все прозвучавшие сегодня слова Ирины – ложь. Красивая ложь.

Ей так удобнее… А на самом деле в основе всего лежат деньги. Не ее – его деньги. Те, что она и ее новый супруг присвоили. На которые живут, плодятся и размножаются. Покупают шубы и машины. Им они нужнее, чем ему. Тому, кто заплатил за эти деньги семью годами своей жизни…

Не произнося больше ни слова, Глеб развернулся, поднял куцый воротник древней куртешки и побрел прочь. Разговор окончен. Конечно, не таким виделось ему собственное освобождение, но…

– Глеб! – женский голос за спиной.

Он остановился. Неужели?!..

Звонкий перестук каблучков. Аромат дорогого парфюма режет ноздри, кружит голову…

– Вот… Возьми. Больше нет, правда! – Что она говорит?

Ирина протягивала ему две тысячерублевых купюры.

Он негнущимися пальцами взял эти деньги, кое-как затолкал в карман… Не произнеся ни слова, пошел дальше. Прочь отсюда! С этого двора, от этих людей, из этой жизни! Пока прочь…

Если бы не эти две бумажки… Он никогда бы сюда не вернулся.