Тайное становится явным

Характерная роль – я получила удовольствие, съем квартиры на сутки в подходящем месте – слава богу, в наше время с этим нет проблем. Дело не в вас, Глеб Кириллович, и даже не в зрителях, которым безразлично, где настигнет вас возмездие, а исключительно в НАС – такие уж мы затейники и фантазеры…

Что она несла? Половина фраз не оседала в голове, а смысл остальных не доходил. Тут есть и другие? И вдруг он уловил, что за спиной у девушки мерцает постороннее тело – такое же нечеткое, а перед кроватью установлено что-то на долговязой треноге… Майор всмотрелся… и начал покрываться мурашками от ужаса.

Что еще устанавливают на треноге, как не записывающую аппаратуру, которую не хочется держать в руках? Его снимала видеокамера – он слышал легкое жужжание!

– Ты кто такая, сука? – простонал он. – Ограбить хочешь?

– Нет, мы из другого анекдота, Глеб Кириллович. Разумеется, я не Олеся и не Оксана – в пылу обуявшего вас либидо вы называли меня и той и другой. В вашем положении лучше не дергаться – привязали вас прочно, и не ругаться – вашу нецензурную брань в недалеком будущем услышат миллионы людей.

Среди них будут и дети. Приделайте фильтр для базара, Глеб Кириллович.

– Да что, вашу мать, происходит?..

– Мир такой странный, Глеб Кириллович, – вздохнула девушка. – Смиритесь. Мы сами удивлены.

В комнате рассмеялся мужчина. И снова он задергался – какого черта?!

– Вы покойники, твари… – захрипел Огульнов, и это было самое литературное в последующей бранной тираде. – Вы хоть знаете, суки, на кого руку подняли?

– Именно поэтому, Глеб Кириллович, мы и здесь, – сказала девушка, – поскольку прекрасно знаем, кто вы такой.

Дело ваше, хотите материться при детях – материтесь. Вы такой сексуальный, когда сердитесь.

– Неужто? – пробормотал мужчина. – Надеюсь, эта фраза не войдет в окончательную редакцию нашего фильма?

– Конечно, дорогой, вырежем. Горько признавать: майор Огульнов – очень сексуальный мужчина, но ему не удалось поколебать мою добропорядочность и вселенское целомудрие.

Начнем, коллега?

– Подождите… – запаниковал Огульнов, когда над ним склонились две «кляксы». – Что вы хотите делать? Кто вы такие? – Гнев сменился страхом, его трясло и ломало, он до крови закусил губу, чтобы не выглядеть последним ничтожеством. Соленый пот заливал глаза, их невыносимо щипало.

– Вы нас видите, Глеб Кириллович? – спросил мужчина.

– Да, черт бы вас побрал…

– Отлично. Если видите, значит, существуете. Перед вами – ночная стража, господин майор.