Клинок чести

Липкий, противный страх, вызванный «жаждой крови», что все подминающей волной прокатилась от прежде миролюбивого парня и штормом обрушилась на дух старика. Небольшой очаг тревожно замерцал, угасая буквально на глазах. В юрте словно промчался порыв ветра, выхолодивший жизненное тепло из всего, к чему он прикасался.

– Многие знания – многие печали. Ты так страстно желаешь смерти, Удаул? Или возомнил, что тебе позволено совать свой нос туда, где его с лёгкостью укоротят на пару величин?

Голос Леона разительно отличался от прежнего: хриплый, надтреснутый, почти старческий, он вибрировал от вложенной в него Силы, проникая в закоулки души старого шамана, сеял неуверенность и порождал панику.

Подростки так не разговаривают. В тот момент он и не был им. Из бездны глаз парня на Удаула взглянул кто-то неизмеримо старый, тот, кто превосходил старого э’вьена как в Силе, так и в опыте.

Юноша нарочито медленно склонил голову набок и поднял перед собой правую руку, прищелкивая пальцами – дымка Тьмы сорвалась с них стремительной змейкой, захлестнув горло шамана тонкой удавкой и заставив его захлебнуться невысказанной попыткой оправдания.

– Моего внука тебе не обмануть. Легенды и поверья всегда звучат красиво, но несут в себе лишь тень Истины, подменяя настоящий смысл одной из удобных правд, – устами одержимого юноши явно говорил вселившийся в него дух. Древний, могучий и смертельно опасный. Осознание собственной беспомощности перед ним парализовало Удаула.

 – Ты заигрался, шаман!

Щелчком пальцев юноша оборвал дымчатую нить, протянувшуюся к горлу старика, и порывистым движением поднялся на ноги, хладнокровно глядя на то, как духовный лидер народа Э’Вьен хрипит и кашляет, пытаясь восстановить дыхание.

– Рука помощи, протянутая со злым умыслом, равносильна удару в спину. Хочешь помощи?! Хочешь исполнить Предназначение?! Или ты просто желаешь смерти, Удаул?!

– Ты не прав… кха-кха-кха… Мы не тронули твоего внука. Хотя могли снять с него шкуру или даже принести в жертву! – оскалился шаман, вставая и в упор встречая взгляд Одержимого.

 – Нам нужна его кровь, его потомки. Он получит всё, что пожелает, если…

– Если станет племенным быком?! – взбешенно взревел Одержимый, вновь окатив старика хлеставшей из него «жаждой крови». – Даже смерть ему сейчас будет милее подобной участи!

– Тогда Леон умрёт… А демон порвёт твой дух в клочья!!! – выкрикнул Верховный Шаман.