Пьющие чудо

Но на двух иллюзорщиков, один из которых мужчина, импы могут вылезти всей гурьбой. Тогда нам придётся несладко.

Жутко хочется курить. Над ухом звенит разбуженный робкими лучами утреннего солнца комар. Пытаюсь отогнать кровососа – бесполезно.

Так, увлечённый борьбой с жаждущим человеческого тепла насекомым, не замечаю, как на сцене появляются новые действующие лица.

Всего трое. Низкие, ростом едва доходят мне до пояса. Нижняя половина тела смахивает на козлиную, только милый пушистый заячий хвостик выбивается из общей картины.

Тела жилистые, под смуглой кожей, поросшей редкой шерстью, жгуты мускулов. Лица фриков почти что звериные, от человеческого остались лишь едва узнаваемые черты.

Нос расплющен, считай что нет его. Из-под тонких губ виднеются желтоватые резцы. Кончики острых ушей пробиваются сквозь немытую копну волос.

Импы подбираются осторожно. В руках сжимают коротенькие копья. За спиной у каждого – мешок из шкур. Их-то и будут набивать разбросанными ценностями.

– Мамочки! – вскрикивает Аня.

Наверное, искренне.

Натягиваю резинку рогатки. Стреляю. Снаряд – вроде того, каким я потчевал камнееда.

Камушек ударяет возле самых копыт фриков, ярко вспыхивает. Я отталкиваюсь от ветки, неуклюже приземляюсь. Ноги затекли за время двухчасового бдения.

Уже на краю поляны снова стреляю, на этот раз снарядом, заряженным Аниной «морозилкой». Стоящий впереди товарищей фрик скошенным деревом падает на землю. Не знаю, кому говорить спасибо – пряхе, или собственной меткости. Попал в голову.

Противники оглушённо трут кулаками глаза, не видят меня.

Следующий камень бьёт второго разведчика под рёбра. Жалобно ойкнув, имп оседает на траву. Заряд срабатывает не сразу, фрик успевает отползти, прежде чем нити сковывают мышцы холодом.

Бегу, кажется, быстрее ветра. Роняю ослеплённого противника на землю, от души бью кулаком. Имп жалобно верещит подо мной, пытается достать копытом. Ага, так я тебе и дался.

Снимаю перекинутую через плечо верёвку. С трудом удаётся заломить разведчику руку за спину – силен, гад!

– Не дёргайся, – ору, – зарежу!

Фрик то ли не понимает меня, то ли не собирается так просто сдаваться.

Визжит, дёргается. Осторожно, чтобы не убить, «морозильным» камушком ударяю меж выпирающих под кожей лопаток. Нити, завязанные на камне, распускаются, оплетая врага коконом.

Носить снаряды при себе опасно. Неловкое движение – и оружие обернётся против самого владельца. Но у меня на этот случай припасена маленькая хитрость.