Пьющие чудо

Где-то в углу, за аккуратной стопкой дров, неуверенно тирлинькнул сверчок.

Всё-таки Кыш хорошо устроился. Уютно. Знаю, что наверху – просторная обсерватория, маленький сад. Там спокойно можно любоваться канвианским небом. Здесь, внизу, гостиная, где всегда царит умиротворяющий вечер. Даже если снаружи вторые сутки улыбается весёлое солнце.

– А вот и я.

Стихийник вносит на плече какой-то свёрток, смахивающий на ковёр. На пол возле камина плюхается долгожданный подарок. Кыш разворачивает его, по комнате проносится удивлённый вздох.

– ЖПВ, – говорю я.

– Истинно так, – качает головой Дан. – Стоило ли?

Кыш довольно смеётся:

– Стоило! Эти задранцы мне всю нервную систему изъели…

У наших ног лежит роскошнейшая шкура. Чёрный, рыжий, белый… интересно, где наш друг сумел добыть тигра?

– А что такое ЖПВ? – наивно спрашивает Хомяк.

Ухмыляюсь, собираясь ответить, но меня останавливает Данил:

– Фокс! Здесь дама.

– Ладно, – морщусь. Тоже мне, кавалер. – А за шкуру спасибо. Где добыл?

– Это не я, – отмахивается Кыш.

«В самый раз» – это ещё слабо сказано! Тигры в обжитых землях давным-давно перевелись. Говорят, за горами этих зверей полно. Но самая ценность не в редкости. У многих фриков тигры вроде как за священных животных. Их шкуру могут носить лишь самые умелые бойцы. И, по негласному кодексу, таким бойцам кто попало вызов не бросит. Это не панацея от абсолютников и их многочисленных отпрысков, но уже кое-что.

В камине сухо щелкает, из очага на пол прыскает сноп искр. Горка углей, словно живая, шевелится. Затем из неё показывается рогатая головка. Глаза с прорезями вертикальных зрачков обводят нас надменным взглядом. Секунда – и вот на пышущих жаром углях пристраивается маленькая, не длиннее ладони, ящерка. Ярко-алая чешуя с чёрными разводами подходит в тон прогоревшему дереву. Обладательницу чудесной шкуры просто так не заметишь.

– Саламандра, – восхищённо говорю я.

– Ну, живёт, – недовольно бурчит друг. Осторожно обкладывает ящерицу поленьями, заботливо бормочет: – У-ти, маленькая моя, голодная.

Зоб саламандры раздувается. Зверушка разевает пасть, увенчанную острыми зубками. В сторону Кыша уносится струя пламени. Огонь касается кофты, та начинает тлеть. Элементалист, походя, тушит нечаянный пожар хлопком ладони, грозит ящерице пальцем.

– Рожа ненасытная! Ну… ладно. Держи ещё.