Танец с Клинком

Время застыло…

«Убей его! Убей! – продолжал вкрадчиво шипеть дух злого дракона. – Утоли мой голод!..»

Глава 4

Аскольд напряжённо застыл напротив плазменной панели, транслирующей происходящее на одной из арен «Ратоборца». Холодные ледышки его глаз наблюдали лишь за одним из участников боя. За тем, кто как будто презрел время и сошёл со страниц старинных трактатов, бережно хранимых в столичном архиве Опричного приказа. Они с едва слышным скрипом и шелестом мелькали в памяти Аскольда, хрупкие и ломкие, из пропитанной специальным составом бересты, покрытой руническими символами древнеславянского алфавита.

Опричник смотрел и не мог поверить своим глазам.

Волхвов Триглава не подвергали гонениям. Их уничтожали. Слишком уж властолюбивыми были их замыслы, слишком уж большую Силу обретали те, кто следовал учению Чернобога. Но даже в разгар этой чистки опричники старались отделить от их числа прочих практиков Тьмы. Не обошлось и без невинных жертв. Но так случалось всегда.

Волхвов Чернобога выпалывали под корень, надёжно, не пренебрегая огнём и калёным железом.

Вот только то, что видел Аскольд, слишком уж сильно походило на…

– Кровь Горынычей? – шёпотом спросил Аскольд сам себя и недоверчиво помотал головой: – Невозможно! Значит, новая линия. Или сквозь века проклюнулись отголоски старой…

– Что ты там бормочешь, Айсберг? Мне тоже интересно! – Бесцеремонно дёргая друга за рукав, Сяолун Во Шин Во также не спускал глаз с поединщиков и одновременно пытался разузнать чуть побольше: – Что за Горынычи?

– Ты настоящий угорь, а не змей, Сяо! Скользкий, пронырливый и чересчур любопытный, – раздражённо отмахнулся Аскольд, вырывая рукав рубахи из цепких пальцев китайца, но всё же ответил: – Учи историю! Варяги старого толка.

Боярский род. Был. Изничтожили под корень вместе с их городищем и всей дружиной.

– Смахивает на сюжет дешёвого исторического боевика. Думаешь, этот тип имеет к ним какое-то отношение?

– Не думаю. Но больно похоже на то. Трёхглавый дракон – один из священных символов Чернобога.

И заодно тотем этой семейки, тесно переплетённый с Силой Крови…

* * *

На мгновение стало тихо. Исчезли практически все звуки, только едва слышно стонал лежащий у стены Ветеран, практик стихии Камня. Скрючившись в позе эмбриона и держась руками за живот, он постепенно приходил в себя. Кинетику никто не отменял, и даже закалённому организму Одарённого оказалось непросто пережить её остаточное влияние.