Мертвый мир. Форт Крут

Крут наблюдал и свой вывод уже сделал, от чернявого надо избавляться, если, конечно, не решится уйти в свободное плавание. Он сам был парнем крепким и властным, но перед ним сидел волк, вместо глаз два чёрных зеркала, в которых плясали огоньки свечей, наколки говорили о том, что сидел он за двойное убийство. Крут был не подарок, но Цыган явно отличался особой жестокостью, и сейчас он обдумывал, сможет ли перехватить власть. Двое других больше испуганы. Толстоватый мужичок невысокого роста с полными губами, которыми он постоянно причмокивал, вытирал вспотевшие ладони о штаны, ему явно не по себе.

Второй – полная противоположность толстяку, сухой, высокий, жилистый, худое лицо напоминало волчий оскал, но взгляд был растерянный. Он переводил его то на Слона, стоящего за спиной у Крута, то на Глобуса, вертящего в руках штык-нож от СКСа, который в его огромных ручищах выглядел как зубочистка.

– Я свалю, если мне ствол дадут, банку тушёнки и курево, – наконец решил чернявый.

Он понял, что команда слаженная, и ему не разбить её, а будет дёргаться, просто глотку перережут.

Внутри Крута всё запело, проблема разрешилась наилучшим образом.

– Сыр, выдай Цыгану ППШ и два магазина, только не заряжай, – приказал он, – ну и тушёнку с куревом.

Боец кивнул и выложил на стол ствол, доставшийся от чечена, рядом положил диски. Шрам принёс банку говядины и пачку "Беломора".

– А до утра не оставите? – ещё не понимая, что его ждёт, спросил Цыган.

Крут отрицательно покачал головой. Чернявый решительно сгрёб со стола то, что ему выдали.

– Сумку дай.

Крут кивнул, и Шрам выложил на стол небольшую синтетическую спортивную сумку. Цыган деловито упаковал туда тушёнку, второй магазин отправил следом за консервами, папиросы положил в нагрудный карман, оглянулся на своих спутников.

– Вы со мной?

Слова прозвучали как приказ, от которого толстяк вздрогнул, а длинный с вызовом посмотрел на Цыгана. Тот только пожал плечами.

– Бывайте, пацаны, – бросил он и пошёл к дверям.

Позади него пристроились Штырь и Слон.

Бомба открыл дверь в ночь, и Цыган направился прочь, одновременно пристегивая круглый диск. Его сразу взяли на прицел, поэтому к затвору он даже не тянулся, только когда за его спиной закрылись двери, он дослал патрон.

– Отчаянный парень, – проводив глазами скрывшуюся во тьме фигуру, прокомментировал Шрам.

– Он одиночка, – отозвался высокий, – всю камеру в страхе держал. Его дважды пытались поставить на перо. Не вышло.