Многоликий странник

Это простое решение настолько приглянулось на других заставах, что до Дайлета доходили слухи о чуть ли не повсеместной перестройке укреплений.

Пол в надвратной хижине был сложен из неплотно прилегающих друг к другу досок, благодаря чему находившиеся в ней воины могли наблюдать за тем, что происходит внизу, а при необходимости – лить на головы штурмующих кипяток или горячую смолу.

Сейчас здесь сидело четверо эльгяр, среди которых выделялся невысокого роста, но широкий в плечах и коренастый воин зим тридцати, облаченный в бурый камзол из дубленой шкуры ягненка, усиленный в наиболее уязвимых местах кольчугой, и зеленые гамаши, перевязанные крест-накрест кожаными ремнями, составлявшими часть легкой кожаной обуви на подбитой войлоком подошве.

Рыжую шевелюру воина, из-за которой он еще в детстве получил прозвище «шеважа», украшала зеленая шапочка в виде колпака: на боевом дежурстве поверх нее следовало надевать шлем, однако день снова обещал быть жарким, так что даже Дайлет смотрел на это отступление от правил сквозь пальцы. Тем более что зеленый колпак живо напоминал ему о дочери, собственноручно его сшившей. Ибо носивший его рыжий воин и был Хидом.

Остальные стражники выглядели значительно старше своего напарника и походили друг на друга безупречностью доспехов: кругловерхий шлем с кольчужной пелериной, пластиночный панцирь, надежно закрывавший весь торс, ниже пояса – кольчужный передник, доходящий до середины подола длинной, как женское платье, рубахи, из-под которой выглядывали мыски таких же, как у Хида, кожаных ботинок.

Эти воины немало повидали на своем веку и предпочитали томиться в латах, но зато быть готовыми в любой момент оказаться под стрелами нежданного противника. Вот с кого Хиду не мешало бы брать пример, подумал Дайлет, а вслух сказал:

– Локлан забрал чужеземца к себе. Настроение Граки от этого только ухудшилось. Ругается, что мы тут по зайцам стреляем. Как будто может предложить цель получше.

При упоминании зайца Хид самодовольно улыбнулся, а один из стражников заметил:

– Теперь всем хочется быть поближе к парню, который раздобыл доспехи Дули. Пусть даже никто не знает толком, откуда он взялся и на каком языке говорит.

– Мне показалось, Локлан с ним разговаривает, – возразил другой стражник. – Да и вчера у костра, когда его кормили, он мычал чего-то такое, довольно понятное. Типа «Я торговец, и зовут меня Вил». Все слышали.