Вечная империя. Третья часть

Жадно заскулив, вурдалак пополз к некромагу, изо всех сил переставляя трясущиеся руки. Оказавшись в шаге от Юлиана, он стремительно выхватил кубок и принялся яростно поглощать багровую жидкость.

Через некоторое время мертвец отшвырнул кубок и ловко поднялся, почтительно склонив покрытую трупными пятнами голову.

– Господин, – голос вурдалака был хриплым, но почтительным. Следы разложения медленно исчезали, оставляя после себя чистую, но очень бледную кожу.

– Теперь он ваш раб, – Зэорис наблюдал за этим с некоторой скукой.

Юлиан промолчал, пребывая во власти сильных и противоречивых эмоций. Он понимал, что между ним и это тварью установилась незримая связь, которую может оборвать только окончательная смерть. Парень не только мог контролировать каждый шаг своего питомца, но и постоянно ощущал его чувства. Сначала ужасающий голод, боль, страх, а затем удовлетворение от насыщения и глубочайшую почтительность к своему господину.

Пока Юлиан восстанавливал силы, Зэорис вызвал некро-солдат, а сам покинул подземелье. Бросив на воинов усталый взгляд, в котором угадывалось торжество, Юлиан отрывисто приказал:

– Приведите пленников. Хочу кое с кем их познакомить.

Некро-солдаты вышли, но вскоре вернулись, волоча группу оборванных и истощенных людей. Первым к Юлиану подвели изможденного старика с грязной всклокоченной бородой. Пожалуй, только по непримиримо горящему взгляду в этом голодранце можно было признать Беленуса, великого жреца богини Айрис и деда Брианны.

– Ублюдок, – злобно прошептал старик, подняв голову на Юлиана. – всегда знал, что Вечным нельзя доверять. Будь у меня побольше времени, и вы все варились бы в котлах с собственной кровью…

Один из стражников наотмашь ударил Беленуса по лицу. На губах жреца выступила кровь, но тот лишь презрительно сплюнул.

– Не так я представлял нашу встречу, – притворно вздохнул Юлиан. – Я не прошу, чтобы ты со слезами благодарности бросился мне на шею, но хотя бы прояви элементарную вежливость.

– Что ты мелешь? – в яростных глазах жреца появилось недоумение.

– Ведь это я спас твою жалкую жизнь в ту памятную ночь, когда ты без сил валялся в своих покоях! – Юлиан с трудом сдержал смешок, подметив на лице Беленуса почти ошеломленное выражение. – Корнелий совсем обезумел и пытался прикончить тебя, а я уговорил Валдатара вытащить тебя в последнюю минуту.