Ведьмы Чёрного леса

Да такая, что и на праздник не стыдно.

Начала девка себе подбирать что-то, да всё тут мужское, большое. Нашла только сапожки по размеру своему, из кожи свиной, с набивками. Ну а вместо платья рубаху взяла. Она ей аккурат до коленок была. Подпоясала только, чтоб удобнее. Начала вещи складывать, а средь них портрет рукописный. А на портрете вроде пара в день свадьбы запечатлена. Парень рыжеволосый с бородой пышной, и девушка беловолосая.

– Наверное, это мертвяк, ещё когда живым был? А это, наверное, невеста его.

Красивые какие. – только и успела вслух подумать Смирена, как слышит, земля у входа осыпается. На силу успела обратно в сундук всё попрятать.

Заходит в землянку мертвец. Огляделся по сторонам, кучу корней срезанных у очага увидал, на пол посмотрел. Селезня, с башкой свёрнутой, на стол положил и сам за стол сел. Ну и девка не решилась иначе поступать. Молча птицу ощипала, выпотрошила, да на заготовку убрала. На стол накрыла, на себя и на мертвяка. Вчерашнюю кашу в плошки наложила, по куску зайчатины.

Лепёшек наломала, ложки в кашу воткнула и молча есть начала. На мертвяка глядит, а тот и не двигается. Поела, со стола убрала, спасибо за еду сказала. Посуду помыла, да спать легла. Вот только перед сном встрепенулись.

– Послушай, – говорит – веник мне завтра из полыни наломай и воды натаскай. А ещё иголку и нитку мне надо. Ты может и привык в лохмотьях по белу свету бегать, а мне голой зазорно. Твои тряпки под себя перешивать буду.

Высказала, к стене отвернулась, а у самой сердце бешено бьётся.

Вдруг не простит такой грубости и кинется на неё. Пугалась-пугалась, к каждому звуку прислушивалась, да уснула. А поутру встала, на столе шкатулка с делами всякими для шитья, кадка полная воды, а у очага веник из полыни стоит.

Несколько дней прошло, и решила Смирена, осмелев совсем, у мертвяка прогулку попросить. Молча тот платье проклятое со стены снял и девке протянул. Дескать, надевай. Змеи страшные в нём, но надела. Чувствует, как змеи по телу трутся, но не кусают.

Взял мертвец девку за руку, открылся вход и через него наружу и пошли. Только вот видит девка, что открылся то вход вроде как для глаз. А разумом понимает, что сквозь толщу земли могильной они идут. Вроде колдовство какое.

Наружу вышли, а над погостом луна. Ночь тихая. Гуляют средь могил. Где огоньки блуждающие промелькнут, где вроде призрак промчится, где из земли мертвец руку высунет, да надгробие покосившееся поправит. И вроде страшно должно быть, а не страшно.