Армагеддон. Коллекция

У них получилось синхронно выйти из пикапа и закрыть двери, и тут Иван не выдержал:

– Так это что ж получается – в космосе кто-то проводит опыты, осваивают спутники, планеты, а наше правительство ничего не делает для космического будущего страны! Ты слышал, что этот «пензиаст» наговорил на радио? – К тому времени, как они подъехали к трактиру, на востоке завязалась темная, до черноты туча, освещаемая по периметру зарницами, а в воздухе запахло дождем.

– Да, слышал. – Как всегда, натура холерика не давала Ивану спокойно принять новость, которая не соответствовала его внутренним посылам.

 – Но ты же знаешь, что страна переживает не лучшие времена и ей нужно подготовиться, решить внутренние, а еще важнее, внешние проблемы, устранить угрозы экономического плана и только после этого рваться в космос.

– Сэмми, дружок! – как-то нехорошо ласково проговорил Иван. – Вот ты, Американ, из вполне благополучной страны, скажи мне, какого черта ты тут забыл? Мне порой кажется, что ты банально шпион, но только что тут, – он поводил руками по горизонту, наполненному сейчас зеленым, в серых, мертвых проплешинах, морем, – что тут выведывать? Сколько посадили новых деревьев, сколько спилили старых и негодных? Сэмми, скажи не таясь, что ты тут делаешь? – Первые раскаты грома стали долетать до них отголосками пушечных выстрелов, и частота их говорила о серьезности приближающейся стихии.

– Приехал в этот славный трактир со своим русским другом выпить пива с замечательным лещом. – Сэм натянул полог брезента на борта пикапа, закрывая инструменты от надвигающейся стихии.

В ТРАКТИРЕ «У АНАТОЛИЧА»

– Ну и черт с тобой, не хочешь говорить, и ладно, но ты знай, если вдруг окажется, что ты шпион, я не обижусь. – И он, приглашающим жестом махнув рукой, позвал: – Пошли.

Надо сказать, трактир «У Анатолича» был весьма занимательным объектом, выстроенным по архитектуре, больше соответствующей сараю, с поперечными оголенными дубовыми балками под кровлей, с большим камином в центре зала, у барной стойки, со стилизованными под старину подсвечниками и центральной люстрой, украшенной оленьими рогами.

В левом углу от входа стоял музыкальный автомат, невесть откуда здесь взявшийся, а по залу, удаленные друг от друга на одинаковое расстояние, но почему-то казавшиеся расставленными в хаотичном порядке, тяжелые дубовые, грубо отесанные столы, возле которых во всю их длину стояли лавки с сидениями из двух половинок стволов дерева и оснащенные спинками.