Единение

В таких местах можно было заглянуть внутрь низкорослых зарослей, дабы подыскивать там интересности. В подобном месте Катя обнаружила мухомор. Мгновенно опознав в этом грибе отраву, она поспешила продолжить свой маршрут.

С очередной низиной Катя упёрлась в тотальное болото. Оно простиралось минимум на сотни метров влево и вправо. Неглубокий слой влажной грязи покрывал переплетённый ковер сфагнового мха. И впереди изменений не виделось. По такой поверхности еще можно было идти, но после каждого шага нога проваливалась в пучину и доставать её приходилось с усилием.

Порыскав по твёрдому берегу, девушка нашла метровую палку, какой могла проверять степень смертельности дороги перед собой. Впрочем, глубина топи едва ли доходила до колена, так что опасности для жизни не предвиделось. Проблема заключалась лишь в том, что для преодоления десяти метров ей теперь требовалось до пяти минут. А сезон клюквы, которой здесь, видимо, росло немало, еще не настал. Надежда была лишь на мелкие островки с твёрдой поверхностью, между которыми Катя бродила.

Так непродуктивно она убила остаток дня. Сигналом идти назад послужил тот факт, что растения перед собой Катя уже различала плохо. Хорошей новостью для неё являлось то, что атмосфера у поверхности снизила свою температуру градусов до пятнадцати. После длительной активности на летней жаре такие условия являлись для неё настоящим подарком. Плохая новость заключалась в том, что в сумерках ей предстояло выбираться из болота, куда она успела забрести довольно глубоко.

Доковыляв до берега, девушка в спешном темпе направилась к своей стоянке. Небо сверху пылало величественным красным светом. В то же время внизу под плотным слоем крон мир уже превращался в чёрно-белый. Контуры мелких растений рассыпались на фоне земли. Монолитный трафарет стволов готовился нести ночную службу. Лишь блеклые остатки зелёного света позволяли различать путь впереди. Из недр повылазила разных пород летающая живность. Местами десятки мошек самоорганизовывались в малые облака, проход через которые оставлял после себя неописуемые ощущения.

Какофония гоготания невесть откуда взявшихся лягушек, потрескиваний сверчков, визгов комаров и резких случайных хрустов под ногами отнюдь не придавала дружественной атмосферы этим местам. У Кати в тот момент существовало лишь одно желание: поскорее бы уже дойти до уютного шалаша, упасть на ласковую подстилку и ждать просветления данных краёв утром.

Вернуться же оказалось задачей непростой.