Прайд

Глава 10

Лумо глубоко дышал после тяжелого марш-броска к Землям песцов. Никогда он не бегал так далеко и так быстро за раз. Он не любил кочевание, ибо из глубин сознания его поднимались воспоминания о том, как с матерью держали путь они в новую стаю. Пред глазами его всплывали бездыханные тела Игнис и Селестис. Сестер его, почивших в снегах Земель волков. Он и сейчас вспомнил о них, даже несмотря на то, что уже скоро его ждет первая в жизни битва.

Ему повезло меньше, чем другим: он попал именно в ту центурию, что должна была атаковать норы песцов и вместе с гвардейцами гнать их на основные волчьи силы во главе с великим вождем Хаудой.

Брат его Думо тоже был с ним. И, скорее всего, утром они пойдут на верную смерть. А сейчас им дали время отдохнуть до рассвета.

Перед маршем командующий гвардии Карнифекс произнес пламенную речь о раскрытых планах поганых песцов, которые должны были уничтожить сердце волчьего прайда во сне, за что им нужно отплатить так же подло и жестоко.

– Воины! Сегодня на нас лежит огромный груз ответственности за спасение всего рода волчьего.

Ради настоящего. Ради будущего. Многие из нас скоро увидятся с предками, но эта жертва стоит того. Она стоит свободы нашего народа. Волки должны показать, что место наше на вершине мира. Наш путь начинается с битвы. Битвой он и закончится. Пришло наше время! Время показать этому миру, чего мы стоим. С нами должны считаться. Нас должны бояться. А тех, кто против, ждет смерть!

– Смерть! Смерть! Смерть! – гвардейцы и кадеты воинственно завыли в знак поддержки своего командира и двинулись в долгий путь.

У Лумо был целый день, чтобы обдумать сказанные Карнифексом слова. Сомнения закрадывались в его душу. Свобода ли в смерти за будущее, в котором тебя нет? Что это за свобода такая? Что за Земли предков? И так ли там действительно хорошо? Оттуда никто ведь не возвращался. Зачем вообще животные воюют? Ведь после победы над песцами грядет новая битва с могучим войском короля Тардуса.

Лумо не хотел умирать, но и выбора у него не было.

Ведь его отказ расценят как предательство, за которое одно наказание – смерть. Разум его окутывал самый настоящий страх, что заставлял трястись тело. Он пытался отогнать дрожь, размышляя о чем-то приятном и хорошем, но в голову, как назло, ничего подобного не лезло. Все мысли были лишь о грядущей битве. Ни о чем другом думать он не мог. В горле пересохло настолько, что всех вод ледниковых рек не хватило бы, чтобы утолить его жажду.