Прайд

Командирами центурий, пелотой и звеньев в них назначены опытные гвардейцы, которые должны были минимизировать потери, однако, что будет в норах песцов, никто не знал. Гвардейцы там не спасут и не прикроют своей широкой грудью. Карнифекс надеялся на лучшее. Где-то в глубине черствого сердца он все же переживал за вверенную ему кадетскую центурию, но на войне нет места жалости. Есть только ты и твои союзники. Все остальные – враги. Враги, достойные смерти. Жестокой и молниеносной.

Волки бесшумно пробрались к границам первых селений песцов.

И Карнифекс своим могущественным воем обозначил начало наступления. Песцы спали как убитые. Даже вражеский запах, подгоняемый ветром, что дул в их сторону, не смог разбудить.

Карнифекс вполне ожидал этого, поэтому завыл еще раз, – и кадетская центурия начала растягиваться и нырять по песцовым норам. Один за одним они пропадали под плотным снежным покровом.

Проблема была в том, что норы оказались слишком узкие, потому все волчьи боевые порядки не работали.

Речи о тройках не шло. Только друг за другом. Но от этого было бы еще хуже. Решение было одно. Один кадет – одна нора. А с чем уж они там столкнутся, никто не знал. Их задачей было разбудить и разгневать песцов, а затем отступить на поверхность, при этом оставшись в живых. Только великая удача могла помочь юнцам.

Из вражьего логова стало раздаваться шипение песцов, вой и рык волчат. Гвардейцы неспешно подошли к норам и остановились, ожидая, когда песцы в панике начнут выпрыгивать оттуда прямо в их лапы.

Лумо, как и все, нырнул навстречу с противником. Глаза его не сразу привыкли к темноте, но чуткий нюх дал знать, что двигается он в верном направлении. Норы были опасны тем, что за любым поворотом волчат могла ждать быстрая и жестокая смерть от лап защищающего свой дом песца. В резкости прыжка им не было равных на всем Ледниковом Плато. Это с легкостью подтвердили бы лемминги, если бы оставались в живых. Песцы убивали их по сотне в день, причем вслепую.

Доверясь слуху, они подпрыгивали в воздух, а затем ныряли в снег с широко раскрытой пастью. Из снега вытаскивали свою морду уже с добычей в зубах.

Так чуть было не случилось и с Лумо. В последний момент он успел отскочить, а зубы песца, прыгнувшего на него, с невероятной силой клацнули несколько раз в воздухе прямо перед его носом. Враг шипел и нервозно прыгал снова и снова, пытаясь вцепиться клыками ему в глотку. За ним шипели еще несколько шавок.