Наследник. Книга вторая

– Он определит вас сейчас на постой, всё покажет вам, всё расскажет. Обустраивайтесь, осматривайтесь, изучайте наш распорядок. Ну, а завтра утром – прошу на работу, – и отец Ираклий пододвинул к себе телефон. – У вас ещё остались ко мне вопросы?

– Да, – смущённо улыбнулся я. – Не могли бы вы объяснить мне смысл одного понятия?

– Какого понятия?

– Епитимья.

– Епитимья? А где вы уже успели с этим столкнуться?

И я поведал ему о реплике, которой озадачил меня отец Киприан.

– Епитимья – это церковное наказание, – улыбнувшись, разъяснил мне отец Ираклий.

 – Ну а что касается вчерашнего случая, то одного из наших трудников застукали вчера с сигаретой в туалете…

Когда я вышел из настоятельского корпуса, мной вдруг овладела лихорадочная тревога.

А ведь настоятель был не дурак! А что, если он с ходу меня раскрыл?

Глава девятая

Меня поселили на втором этаже в келью номер двенадцать.

Должен признаться, что кельи Свято-Успенского Усть-Бардинского мужского монастыря меня в тот день приятно удивили.

Ведь мои представления о монашеских кельях на тот момент формировались главным образом посредством художественных кинофильмов, – ну, «Имя Розы», например, – где действие происходит в средние века. Каково же было моё удивление, когда заместо пустой, увешанной распятиями и иконами унылой пещерки, – а именно такой мне и представлялась монашеская келья, – моим глазам предстал чистый и светлый двухместный номер вполне себе приличной современной гостиницы!

Да, Семён говорил мне, что в монастыре недавно сделали хороший ремонт.

Но я всё же никак не ожидал, что этот ремонт и в самом деле окажется действительно хорошим!

– С вашим соседом по келье, – его зовут Богдан, – вы познакомитесь вечером, когда он вернётся с трудовой повинности, – сказал сопровождавший меня отец Гавриил.

Это был лет семидесяти, весьма проворный для своего возраста, маленький старичок с отдававшими некоторой хитрецой глазами, и с обрамлённым аккуратной остроконечной бородкой лицом аскета.

– Трудовая повинность – это то же самое, что в миру означает работа. Так она называется в монастыре, – разъяснил мне отец Гавриил, заметив появившееся на моём лице недоумение. – В монастыре существует ещё и другая повинность – это утренняя и вечерняя молитва. Она называется «молитвенное правило», – дополнил он «каталог прелестей» насыщенной жизни монастыря. – И все насельники обязаны его неукоснительно соблюдать.