Звездные мошенники

Когда палицы скрещивались, удар отдавался в плече блондина, будто оружие встречало на своем пути гранитный валун. Чемпион осторожно двинулся вдоль нарисованной окружности.

Ретиф лишь поворачивался на месте, держась лицом к противнику, экономя силы. Отдавать инициативу – не слишком разумно, но командор не хотел показывать сопернику, как скованы его движения, не хотел впустую растрачивать силы, активно перемещаясь по арене. Руки пока хороши, не хуже, чем у других, а может, и лучше. Придется поработать ими.

Уклонившись от очередного удара, Ретиф зацепил челюсть противника, шагнул вперед и ударил его в плечо.

Ошеломленный блондин быстро отступил. Сейчас бы использовать преимущество, но нельзя. Нельзя растрачивать силы на беготню по арене. Командор опустил палицу и оперся на нее. Где-то далеко шумела толпа; сверкал под солнцем песок, порывы ветра поднимали пыль над ареной.

– Шевелись, лавочник! Как тебе мой товар? Попробуй еще!..

Если парня все время злить, он потеряет осторожность. Должен потерять.

И у Ретифа будет преимущество.

Атака блондина оказалась внезапной, но Ретифу удалось отразить удар. Чемпион молниеносно зашел с другой стороны; командор повернулся, успел перехватить палицу – и в этот момент пальцы левой руки взорвались. Голова закружилась, в глазах потемнело. С трудом удерживаясь на ногах, прогоняя смертельную слабость, командор усилием воли рассеял тьму и осмотрел руку. От двух пальцев осталась только кровавая мякоть; палица исчезла. Защищаться было нечем.

Голова гудела, каждый вдох резал легкие.

Ноги начали трястись, с левой руки будто содрали кожу – вместе с мясом. Оказывается, он не в состоянии переносить боль так же стойко, как в молодости. Старость не радость.

Вот и пришел час, как тать в ночи. Неоткуда ждать помощи, некуда бежать. Собрать все силы, все остатки реакции и сообразительности. Или все потерять. На мгновение замешкавшись, преодолевая болевой шок, командор вытащил церемониальный кинжал: десятидюймовый клинок, богато украшенный драгоценными камнями.

По крайней мере, он умрет с оружием в руках, лицом к противнику.

Шагнув вперед, блондин отбросил палицу.

– Или обыкновенному лавочнику не пристало делать благородные жесты, подобающие надменному рыцарю? – Чемпион рассмеялся, вынимая нож из-за пояса. – Пришел в себя, старик? Готов?

– Жест… дорого тебе обойдется, – пообещал Ретиф, с трудом ворочая языком.

Даже дышать было трудно. В нервах отдавалась боль от раздробленных костей и раздавленной плоти.