По следам Софии. Обломки Расколотого мира

– Так пойдем же, – я первая сделала шаг и, поддаваясь порыву, потушила свечи. На миг все застыли, я разлила вино по кубкам, и ночь заиграла новыми красками.

Я позволила себе быть одной из многих.

Глава 4

Ларс очнулся от пощечины. Щека пылала, в голове стоял гул, глаза заслезились от света. Пронзительно скрипнула дверца, раздался скрежет ржавого ключа в замочной скважине. Ларс повернул голову в сторону звука.

Решетка. Темные стены, гниющий коврик в углу. Мрак… Босые ступни мерзли без сапог, тело дрожало.

Ларс поежился, пытаясь скрестить руки, но цепи на запястьях не дали даже дотянуться до локтя. В тишине их лязг оглушил, ударяя по ушам колокольным звоном. Ларс отвернулся – не самое уютное место выделил для него милостивый Уркулос, но что он мог ожидать после столь радушного приема?

– И что это значит, Ларс?

Новый удар. Словно башня с колоколом выходила из храма не в центр Дворцового сада, а прямиком в его голову. Что это было? Какой-то яд или сильное снотворное? Так или иначе, оно оставило его без сил.

– Смотри на меня, когда я говорю с тобой!

Поросячий визг… неужели ему предстоит убирать загоны? Это бы все объяснило, но почему вокруг пустые стены?

Он осмотрелся. За решеткой простирался такой же темный и пустой коридор, вдали тусклыми огнями размывались точки факелов, но перед ним, буквально в шаге, стояла его несостоявшаяся супруга.

– Лефлет? – от неожиданности Ларс вскочил, но еле удержался на ногах от холодной слизи, покрывающей пол.

– Хорошо, что нас разделяет решетка, иначе бы я не пришла! – она глядела строго. Будто не она только что хлестнула его по лицу. И уже успела скрыться!

– Однако же это не помешало вам влепить мне знатную оплеуху, миледи…

Ларс потер щеку и еще раз осмотрелся. Ни лавки, ни единого выступа, чтобы сесть, лишь холодный пол и мерзкая слизь вокруг. Ступни начинали неметь, он переступил с ноги на ногу.

– Лучше бы ты молчал, Ларс! – она прошипела.

– Разве вы за моим молчанием пришли сюда?

– Я пришла взглянуть на тебя перед твоей ничтожной смертью, предатель! Ты бы мог умереть с честью, народ тебя любит, но ты сам отправил себя на плаху, винить некого!

– Думал я, беременность красит женщину, но, видно, это не ваш случай, миледи, – Ларс все же приземлился на холодный пол и пошевелил пальцами ног.

– Каким же ты стал жалким! – Лефлет взвизгнула.