Наемница для принца

Но в то же время никто из обывателей не мог понять, откуда берутся такие роскошные экипажи и наряды у моей матушки.

Та же, словно намеренно, на ежегодном посещении храма Малка наряжалась во все лучшее сразу. Она целый год готовилась к этому дню: шила великолепное платье, заказывала украшения, шляпку и обувь на умопомрачительной шпильке. Мне потребовалось почти полгода, чтобы научиться на них нормально держаться. И тут не спас даже отец – мама выдрессировала истинную придворную леди. Я умела не только метать ножи и убивать прикосновением отравленной перчатки, но и исполнять танцы всех народов страны и разных стилей, сносно музицировала на волшебной арфе и вышивала гладью.

Только я в самом страшном сне не могла представить, что все эти навыки потребуются в моей криминальной жизни.

И вот я отсиживала свою пятую точку на мягкой подушке кареты, которую за неделю собрали наши мастера, и дико злилась. На себя, на отца, на мать, и вообще, на весь двор разом. Зачем нужен этот отпуск? Три месяца, проведенные взаперти, показались мне адом на земле, а тут вот еще.

Два месяца будут потрачены впустую. А если я вылечу с отбора намеренно, меня дома ждет головомойка – у отца полно шпионов, а матушке тут же поведают кумушки по переписке.

Связной экран вспыхнул и показал входящий вызов от мамы. Разговаривать не хотелось, но, махнув рукой, я сдвинула кнопку на прием. Белый туман медленно заклубился, разворачивая перед моим носом экран магического пространства.

– Милая, – на лице виконтессы светилась улыбка, – будь добра, поправь шляпку, тебе осталось всего полчаса пути.

И прикажи олухам, что тебя охраняют, поглубже спрятать лица: их могут узнать. Опозорятся – лично выпорю, и муженек не спасет их от расправы.

– Маменька, не волнуйся, в ближайшие двадцать минут мне не потребуется ни первое, ни второе из твоего списка, – закатила я карие глаза. – Мы еще даже лес не покинули.

– Поэтому я и переживаю, – ее светлые брови сурово сдвинулись. – Слишком долго вы едете. Словно лес не желает вас выпускать из своего покрова.

– Нам же лучше, – отмахнулась я. – В лесу мы сильнее, чем на городской площади. Если даже другие наемники нападут, вряд ли рискнут связываться с наследницей нашей семейки.

– Тревожно мне, – темно-ореховые глаза плеснули паникой.

– А я говорила: глупая затея, – я понурила голову, украшенную пышной прической.

– Милая, именно на таком празднике я и повстречала твоего папу.

Секунда, и ее глаза заволокло пеленой любви и нежности.