Темная фея в академии света

– Профессор, – тихо прошептал мне на ухо, – вы же покинули нас и не обещали вернуться?

– Не поверите, студент Тавитир, – я тихо откликнулась, – но обстоятельства заставили.

– Сильно мешают? – парень окинул меня пронзительным взглядом.

– Увы, убить нельзя, – правильно поняла я намек своего бывшего подопечного.

– Жаль, – как-то неуверенно отозвалось юное дарование.

– Очень, – я отошла подальше, нечего раньше времени светиться.

Неизвестно, какие заведены правила в этом месте студенческого прозрения.

Вляпаться в неприятности раньше времени я не хотела. Ваталистия скрылась за дверью, и я перевела дыхание. Возможно, не так уж много студентов доходят до приемной комиссии, отсеиваясь на уличных испытаниях или заблудившись в лабиринте административного корпуса.

Обратно девица не вышла, а Тавитир неожиданно скрылся за дверью, и я осталась в полном одиночестве. Ожидание затягивалось… На то, что парня уже приняли, я готова была поставить месячное содержание герцогини.

Значит, это психологическая травля. Ну ничего, нервы от маменьки мне достались железные.

Походив из угла в угол, я не выдержала и подошла к статуе леди профессора. Вырезанные в камне глаза смотрели как живые, настолько детально они были сделаны. Видимо, гоблинская работа. Только этот народ мог похвастаться такими навыками в обработке камня.

Статуя изображала прелестную деву с восхитительной внешностью. Локоны крупной волной спускались по точеной спине, прикрывая своим каскадом аппетитную филейную часть ведьмы.

Грудью женщина гордилась по праву. Шикарный бюст был упакован в причудливый корсет, которой прикрывал ровно настолько, чтобы это не казалось полнейшим развратом. Самомнения у представительницы проклятого колдовства было не отнять.

Засмотревшись на непокоренную ведьму, я пропустила момент, когда в голове зазвучал колокольчик вызова в кабинет. Опомнившись, подхватила юбки и рванула на долгожданное собеседование.

Двери противно скрипнули – они тут на бытовых чарах экономят, что ли?

Уперлась я взглядом в длинный стол, поделенный на пять секций, так четко читались границы между профессорами. Первым был старик с юркими и противными, словно буравчики, глазами. Нос едва заметно дергался, выдавая в нем оборотня из грызунов, у них эта особенность.

Вторым сидел строгий и опрятный мужчина средних лет. На нем был наглухо застегнутый черный сюртук.