Мы правим ночью

Летательный аппарат прильнул к земле, опираясь на два когтя. У него было толстое тело из дерева и полотна, длиной примерно в три роста Линне. Двойные широкие крылья окаймлял живой металл. В открытой кабине виднелись два сиденья и мешанина каких-то стальных конструкций, едва прикрытая козырьком. Так это и есть ответ Союза на чудовищную мощь Драконов?

Зима подошла к аэроплану и сложила на груди руки. Церлин двинулся за ней, жестом велев Линне оставаться на месте.

– Это нам на первое время? – спросила Зима.

– Это вам навсегда, – ответил Церлин.

– Не может быть, – она улыбнулась, как и Церлин, но ее рот при этом растянулся до самых ушей, – Стрекоз проектировали для того, чтобы они перевозили семена, а не огневую мощь.

– Берите что есть, – пожал плечами Церлин.

– Но ты ведь сам говорил, что не позволил бы своей дочери летать на таком аппарате!

– Верно, не позволил бы, – согласился Церлин.

– Тогда дай нам другие.

– А других нет.

Зима подошла к нему ближе, и улыбка испарилась с ее лица.

– Бумажные самолетики, – произнесла та, – вот как называют их эльды. Драконы и Небесные кони сшибут такой одним ударом. Неужели ты думаешь, что аэроплан, с которого опыляют поля, в состоянии справиться с Драконом? Эльды, которые их и спроектировали, не используют Стрекоз в бою. Я даже представить не могу, чтобы Исаак…

– Это все, что у нас есть. Хочешь получить что-то еще, подавай заявку. Но тебя никто не передвинет в списке на первое место только потому, что вы с Исааком… – он скривил губы и на секунду умолк, – …хорошие друзья.

Линне на миг показалось, что Зима ударит Церлина. Она стояла перед ним, свирепо расправив плечи и уперев руки в бока, от чего стала чуточку больше на фоне его крупной фигуры. Ее гнев был жаром, грозившим испепелить каждого, кто слишком близко к ней подойдет. Точно такую же ярость испытала и сама Линне, когда полковник Кослен отослал ее сюда. Ни справедливости, ни шанса на победу.

Полковник Гесовец выбрал этот момент, чтобы подойти опять, выпятив грудь, словно павлин.

– Говорите, дорогой вы мой, – резко бросил ему Церлин.

В своей настойчивости Гесовец проявил настоящее мужество. Линне не могла ему в этом отказать.

– Я случайно все услышал. У нас проблемы?

Зима продолжила с таким видом, будто Гесовца тут не было.

– Вы не можете обречь моих девочек на такую смерть. Нужно что-нибудь получше.