Хорошие. Плохие. Нормальные

Тоненькая брошюра «Методы кастрации крупного рогатого скота». Должно быть, кто-то подарил хозяину библиотеки эту брошюру ради шутки.

Чемодан был тяжелый, к тому же я не смогла его закрыть. Это была по-настоящему неразрешимая проблема: бросить чемодан исключено, а пихать его ногой и тащить волоком займет несколько часов.

– Что в чемодане? – сказал кто-то за моей спиной.

Это был официант из «Фартука». То есть я оглянулась и увидела, что это официант из «Фартука». Не тот, что пытался забрать у меня бокал, стул и стол, чтобы я поскорей ушла.

Тот официант был высокий и с черной бородой, как злодей из одного романа Агаты Кристи, а этот совсем не похож на злодея. Он похож на Себастьяна из «Возвращения в Брайдсхед»: светловолосый, нежный, тонкий, с лицом интеллигентного Петрушки. Красивый, если кому-то нравится чуть женственная красота, с такой нежной кожей, словно вчера впервые побрился. Я заметила, какая у него кожа, потому что мы стояли под фонарем.

– Что с тобой не так? Сидишь в «Фартуке» до упора, ночью шныряешь с чемоданом.

Что в чемодане?

– Труп.

Официант из «Фартука» сказал, что после работы зашел в соседний бар, а сейчас шел к памятнику Довлатова: он поклонник Довлатова, использует всякую возможность взглянуть на памятник. И, кстати, его зовут Марат, а я могу называть его Маратиком, как его зовут все. Я сказала, что живу в Довлатовском доме и, кстати, меня зовут Лика.

– Тебе помочь с трупом?

Он пыхтел, задыхался, останавливался перевести дух, но допинал чемодан до подъезда.

– О-о-о, сколько у тебя книг… А почему книги на полу? Любишь читать с пола?

– Книги только что с помойки, не успела разобрать. Хочешь Чехова? У меня два, голубой и зеленый.

– Чехова мне только не хватало. Не страшно тебе тут одной?

– Страшно.

Мы два раза сходили на помойку, принесли книги, но их не становилось меньше. Маратик, вытирая пот со лба, сказал: «Все, больше не могу». И вызвал на помойку такси.

Таксист не захотел ехать с помойки в соседний двор, но Маратик его уговорил.

Маратик с таксистом складывали книги в багажник и на задние сиденья, а я встречала их у подъезда.

Всего-то двенадцать поездок, и таксист наконец-то привез последнюю партию. Было неловко, что Маратик уже успел рассчитаться с таксистом, ведь это мои книги, моя помойка. Обычно я стараюсь заплатить первой, но было приятно, что Маратик оказался не жадиной.

…Чемодан у окна. Книги свалены в зале.