Наивны наши тайны

– Давай пока оставим, а затем я решу… Кстати, подбирайся поскорей к Преступлению – у нас все-таки детектив, а не роман.

– Нет, все!таки роман, а не детектив! – заупрямилась я. – Или, если хочешь, давай будем говорить просто «Произведение». Я думаю, что именно так пишется в договоре писателя с издателем: «Автор обязуется представить книгу „Детектив по телефону“, далее Произведение…».

На это Ольга согласилась. Люди всегда могут прийти к консенсусу, правда?

– Ой, он открывает дверь… – испуганно прошептала Ольга и оживленно проговорила в телефонную трубку:

– Ну, привет! Как дела?

Я услышала шум борьбы.

– Как дела?! Как дела?! – верещала Ольга, пока Пуся за ухо оттаскивал ее от телефона.

…По пути Аврора читала все дорожные указатели и бойко командовала – налево, теперь направо, не обращая внимания на то, что племянник каждый раз поворачивает в сторону, противоположную указаниям. Вообще он был неприлично мрачен, не сказал ни единого слова. Авроре было очень скучно – никто с ней не разговаривал.

 – Тебе надо жениться, – сказала она племяннику вредным голосом. – Я скоро женюсь. Если бы ты могла на чем-нибудь сосредоточиться, то вспомнила бы, что в прошлый четверг я приводил к тебе свою невесту, – неприветливо отозвался племянник, высказавшись спиной в том смысле, что ему вовсе не хотелось развозить Аврору по чужим дачам. Аврора не обиделась, она и сама не терпела, когда ее просили посидеть с чужими детьми или купить кому-нибудь продукты, считая, что у нее найдутся занятия и поинтересней. Подумаешь, у него завтра конференция!

– Да? – смутилась Аврора. У нее всегда была отличная память на стихи и плохая на лица. – Но я же не виновата, что все твои дамы на одно лицо. Если бы ты привел мне что-нибудь оригинальное, я бы запомнила, – стала оправдываться она.

Спина племянника выразила крайнее возмущение.

Через сорок минут, удачно миновав пробки, они уже добрались до выезда из города.

– Только не упоминай, пожалуйста, о его книгах, – задумчиво проговорил Б.

А. Он видел себя со стороны – пожилого, принципиально настроенного интеллигента. – Стыдно писать такое, хоть и в угоду публике! Эти его вампиры, монстры…

Б. А. преувеличивал – и всего-то однажды в книге Кира Крутого фигурировал вампир, да и то какой-то полувампир – тишайший советский бухгалтер в синих нарукавниках, у которого в поворотные моменты истории краснели глаза и вырастал клык. Б. А. не мог простить ему этого бухгалтера-вампира.