Битва за Рим

При этом Митридат, конечно, превосходил Тиграна могуществом, ибо он никому не подчинялся и правил куда более обширными и богатыми землями.

– Мой отец во многом напоминал парфянского царя, – рассказывал Тигран. – Своих сыновей он убивал одного за другим; я уцелел потому, что был в восьмилетнем возрасте отослан к царю Парфии как заложник. Поэтому, когда мой отец заболел, единственным оставшимся в живых сыном оказался я. Армянский посланник вел переговоры с парфянским царем Митридатом о моем освобождении. Однако назначенная им цена была непомерно высока: семьдесят армянских долин, все, что лежат вдоль границы между Арменией и Мидией-Атропатеной.

Иными словами, моя страна лишилась своих самых плодородных земель. К тому же там протекают золотоносные реки, в которых находят еще и прекрасный лазурит, бирюзу и черный оникс. Поэтому я поклялся, что Армения вернет себе эти семьдесят долин, а я найду для столицы более подходящее место, чем эта холодная дыра Арташат.

– Не Ганнибал ли помог спланировать Арташат? – спросил Митридат.

– Таково предание, – коротко отозвался Тигран и вновь вернулся к своим имперским мечтам. – Я намерен расширить пределы Армении до Египта к югу и до Киликии к западу. Я хочу получить доступ к Срединному морю, хочу выйти на торговые пути, хочу иметь более теплые земли, чтобы растить хлеба, хочу, чтобы все граждане моего царства заговорили по-гречески. – Он умолк и облизал губы. – Как ко всему этому относишься ты, Митридат?

– Благосклонно, Тигран, – с готовностью ответил царь Понта.

 – Я бы гарантировал тебе содействие и военную поддержку, если и ты поддержишь меня, когда я двинусь на запад, чтобы отобрать у римлян их провинции в Малой Азии. Забирай Сирию, Коммагену, Осроену, Софену, Гордиену, Палестину и Набатею. Я же беру всю Анатолию, и Киликию в том числе.

Тигран ни минуты не колебался.

– Когда? – порывисто спросил он.

Митридат с улыбкой выпрямился в кресле.

– Тогда, когда римляне будут слишком заняты и не станут обращать на нас внимания, – молвил он.

 – Мы с тобой молоды, Тигран, а значит, можем позволить себе подождать. Я знаю Рим. Рано или поздно он втянется в какую-нибудь войну на Западе или в Африке. Вот тогда мы и выступим.

Ради скрепления союза Митридат показал Тиграну свою младшую дочь от умерщвленной царицы Лаодики, пятнадцатилетнюю девочку по имени Клеопатра, и предложил ему взять ее в жены. У Армении как раз не было царицы, поэтому предложение оказалось как нельзя кстати.