Битва за Рим

Юлия поежилась и заглянула мужу в лицо:

– Значит, он был в Мазаке? Как же тебе удалось сбежать?

Марий был немало удивлен:

– Сбежать? У меня не было необходимости спасаться бегством, Юлия. Пускай Митридат вершит судьбами всей восточной части Понта Эвксинского, однако он никогда не посмеет поднять руку на Гая Мария!

– Тогда почему мы так торопимся? – саркастически осведомилась Юлия.

– Чтобы он даже и помечтать об этом не мог, – ответил ее супруг, улыбнувшись.

– А Морсим?

– Тут причина совсем прозаическая, душенька.

В Тарсе сейчас стоит несносная жара, поэтому я поручил ему нанять для нас корабль. Мы не станем задерживаться в Тарсе, а сразу отправимся в плавание. На море и отдохнем. Мы посвятим все лето неспешному изучению киликийского и памфилийского побережья, а также сойдем на берег и поднимемся в горы, чтобы полюбоваться Ольбой. Я знаю, что лишил тебя удовольствия посетить Селевкидову Трахею, но теперь, на обратном пути, у нас есть время, и мы все наверстаем. Поскольку твой род восходит к Энею, тебе следовало бы поприветствовать потомков Тевкра. Еще говорят, что в Таврских горах, над Атталией, лежат чудесные озера. Мы съездим и туда. Тебя устраивает такой план?

– О да!

Намеченная программа была выполнена полностью, поэтому Гай Марий с семейством добрался до Галикарнаса только в январе, сперва исследовав побережье, славившееся своими красотами и безлюдьем. Им на пути не попалось ни одного пирата, даже у Коракесии, где Марий не отказал себе в удовольствии забраться на утес, на котором возвышалась древняя пиратская цитадель, чтобы наконец решить задачу ее гипотетического штурма.

В Галикарнасе Юлия и Марий-младший почувствовали себя как дома: едва ступив на берег, они отправились любоваться городскими красотами. Марий же засел за чтение двух писем: одно пришло из Ближней Испании, от Луция Корнелия Суллы, другое написал из Рима Публий Рутилий Руф.

Войдя в кабинет, Юлия застала Мария сумрачным и хмурым.

– Дурные вести? – догадалась она.

Насупленность мигом уступила место подобию беззаботной улыбки, после чего Марий попытался изобразить отрешенное спокойствие:

– Я бы не назвал эти вести дурными.

– Но есть ли вести по-настоящему добрые?

– Есть. Скажем, те, что сообщает Луций Корнелий: наш подопечный Квинт Серторий завоевал венец из трав.