Цезарь, или По воле судьбы

Это моя двоюродная сестра Антония Гибрида.

Все встрепенулись, включая Помпея Руфа.

– Прорва деньжищ, – пробормотал Курион, склонив голову набок.

– Поэтому я к ней и подбираюсь. Дядюшка, правда, не выносит меня, но он скорее отдаст ее мне, чем какому-нибудь выскочке. – Последовал вздох. – Говорят, она пытает рабов, но я из нее это выбью.

– Яблоко от яблоньки, – усмехнулся Децим Брут.

– Есть еще Корнелия Метелла, она как раз овдовела, – внесла предложение Клодилла. – Старинный, очень старинный род. Много тысяч талантов.

– А что, если она похожа на своего старого дорогого tata Метелла Сципиона? – спросил Антоний, блеснув рыжевато-карими глазами. – С истязательницей рабов справиться нетрудно, но страсть к порнографии не вытравишь.

Опять смех, хотя и не очень веселый. Каждый задавался вопросом: как защитить Публия Клодия от него же самого?

Хотя Юлия была мертва уже шестнадцать месяцев и горе утихло настолько, что стало возможным произносить ее имя без слез, Гней Помпей Магн и не думал жениться еще раз.

Ничто больше не мешало ему отправиться в свои провинции, Ближнюю и Дальнюю Испании, которыми он должен был управлять еще три года, но он все сидел на своей вилле на Марсовом поле, оставив обе провинции на попечении легатов Афрания и Петрея. Конечно, должность куратора по снабжению Рима зерном до некоторой степени оправдывала его присутствие в городе, но, несмотря на старания Клодия увеличить раздачу бесплатного зерна и на недавнюю засуху, Помпей сумел организовать дело так, что все отлично шло бы и без него. Как и все подобные общественные дела, оно требовало организационного таланта и умения заставить работать ленивых гражданских служащих.

Истина заключалась в том, что его тревожила ситуация в Риме и он не мог уехать, пока не определит приоритеты, пока не выяснит, чего же он хочет. А именно хочет ли он, чтобы его назначили диктатором. С тех пор как Цезарь уехал в Галлию, политическая ситуация на Римском форуме становилась все более и более неуправляемой. Какое это имело отношение к Цезарю, он не знал.

Определенно причина была не в Цезаре. Но иногда среди ночи он вдруг спрашивал себя: если бы Цезарь был в Риме, прекратились бы беспорядки? И это не давало ему покоя.

Женившись на Юлии, он если и задумывался о ее отце, то разве что как о чрезвычайно умном политике, который знал, как добиться своего. Мало ли Цезарей в Риме, аристократичных, амбициозных, компетентных и ловких. Но этот Цезарь внезапно превзошел всех других.