Неприкрытая жестокость

– Тогда откуда вы знаете его имя?

– Оно было на записке с предостережением: я не должна никому ничего говорить, иначе он убьет меня. А в конце подпись – Didus ineptus.

– Записка по-прежнему в вашей квартире?

– Сомневаюсь. Для этого он вел себя слишком организованно.

– Скажите, он достиг оргазма? Можете не отвечать, если не хотите.

Мэгги поморщилась.

– Как отвратительно! Я не знаю, капитан. Честно. Он вообще никаких звуков не издавал. Насколько я поняла, здешние врачи не нашли никаких следов спермы.

Я… – женщина сильно покраснела, – я безумно хотела в туалет, когда вошла домой. И тут он меня связал, а потом оттащил в ванную, стянул трусы и усадил на унитаз, словно знал, что мне нужно.

– Что-нибудь еще, мисс Драммонд?

– Он был уже у меня дома, когда я вошла, и набросился на меня. Я сопротивлялась, но безрезультатно. Он вымотал меня. А когда набросил на шею веревку, то я вообще не могла бороться. Ужасно!

– Судя по вашему рассказу Додо – будем так его называть – уже некоторое время следил за вами, прежде чем предпринять активные действия.

Он знал ваши привычки, даже то, что вам понадобится пойти в туалет.

Кармайн встал.

– Мисс Драммонд, – сказал он, адресуя женщине улыбку, – мои английские коллеги назвали бы вас – «молоток». И это высшая похвала из их уст! Попробуйте отдохнуть и не беспокойтесь об аноксии головного мозга. С вашей головой все в порядке, можно только позавидовать столь ясному уму.

Поговорив еще немного с Мэгги – она была полна решимости рассказать ему обо всем, что лишь доказывало наличие у нее хорошей памяти и недюжинного ума, – Кармайн ушел из больницы в скверном настроении.

Его согревала только одна мысль: Додо выбрал жертву, которая готова продолжить борьбу и после случившегося. Мэгги Драммонд будет со всем пылом свидетельствовать против него в суде. Но она не может быть первой жертвой Додо – слишком точны и выверены его действия. Сколько их было, чересчур напуганных, чтобы заявить в полицию? И что же это за имя для насильника – Додо! Почему он его выбрал?

– Сколько их уже пострадало? – спросил он на следующее утро своих сержантов, Ника Джефферсона и Делию Карстерс.

– Ответ на этот вопрос в конце концов и стал истинной целью создания «джентльменского патруля», – сказал Ник нахмурившись. – Чья-нибудь подружка отсюда, из Кэрью, слишком напугана, чтобы обратиться в полицию, – вот и возник «джентльменский патруль».

– Мы должны убедить других жертв обратиться в полицию, – вступила Делия.