Падение титана, или Октябрьский конь

Видишь ли, когда пятьсот лет назад Камбиз Персидский вторгся в Египет, он счел здешние храмы и усыпальницы-пирамиды кощунственными и многие разрушил. Так что для нас, Птолемеев, осталась масса работы. Птолемеи, первые после коренных египтян, бывших подлинными правителями Египта, не остались равнодушными к этой беде. Я тоже заложила фундамент нового храма Хатхор, но хочу, чтобы в этом деле ко мне присоединился и наш сын. С этого он начнет и впоследствии станет величайшим строителем храмов во всей истории Египта.

– Но почему эллинизированные Птолемеи столь привержены древнеегипетскому стилю? Вот и тебе, похоже, милей иероглифы, чем греческое письмо.

– Может быть, дело в том, что многие из нас были не только царями, но и фараонами, и уж конечно, большую роль тут сыграли жрецы – это очень древняя каста. Они столь искусны как архитекторы, скульпторы и художники, что их ценят даже в Александрии. Но подожди, и ты увидишь храм Исиды на острове Филы! Там заметно греческое влияние.

Поэтому, думаю, он и считается самым красивым храмовым комплексом в Египте.

Сам Нил кишел рыбой, включая оксиринха – чудовище весом в тысячу фунтов. Имелся даже город с таким названием. Народ ел рыбу – и свежую, и копченую. Она была основным продуктом питания. Окунь и карп водились тут в изобилии. И к большому удивлению Цезаря, в реке резвились дельфины, легко, почти с высокомерным презрением уворачиваясь от хищников-крокодилов.

Много разных животных считались священными. Иногда тех или иных почитали только в одном городе, а иногда повсеместно. Вид Сухоса, гигантского священного крокодила, которого насильно кормили медовыми пряниками и жареным мясом и поили сладким вином, вызвал у Цезаря смех. Тридцатифутовое существо так утомилось, что пыталось увильнуть от жрецов-кормильцев, но напрасно. Те насильно открывали гигантскую пасть и пихали туда еду, а крокодил лишь стонал и вздыхал. Цезарь видел быка Бухиса, быка Аписа, их матерей, храмовые комплексы, в которых они вели жизнь изнеженных сибаритов.

Священных быков, их матерей, а также ибисов с кошками мумифицировали после смерти и помещали в просторные подземелья. Кошки и ибисы, на взгляд чужеземца, были особенно трогательными – сотни тысяч маленьких фигурок, облитых янтарной смолой, сухих, как бумага, застывших и неподвижных, в то время как души их бродят по царству мертвых.