Песнь о Трое

Моя мать залилась высоким, звонким смехом, который, по слухам, очаровал всемогущего Зевса. Ей было примерно столько же лет, сколько мне, когда ее нашли нагой в обнимку с огромным лебедем, стонущую и кричащую от наслаждения. Она быстро соображала: «Зевс, Зевс, этот лебедь – Зевс, он взял меня силой!» Но я, ее дочь, прекрасно все понимала. Каково это – чувствовать прикосновение восхитительных белых перьев? Три дня спустя отец выдал ее за Тиндарея[11 - Согласно легендам, мать Елены уже была замужем за Тиндареем, когда ее увидел Зевс и овладел ею в образе лебедя.

Таким образом, Елена – дочь Зевса, причем его единственная дочь от смертной женщины. – Примеч. ред.], и она дважды родила ему близнецов: сначала Кастора и Клитемнестру, а потом, через несколько лет, меня с Полидевком. Но сейчас все думают, будто это Кастор и Полидевк – близнецы. Или что мы родились четверней. Если так, то кто из нас был от Зевса и кто – от Тиндарея? Загадка.

– Женщины в моем роду созревают рано и много страдают.

Леда, моя мать, все еще смеялась.

Но отец не смеялся. Его ответом было краткое и довольно мрачное «да».

– Найти ей мужа не составит труда. Тебе придется отгонять их дубиной, Тиндарей.

– Ну, она знатного рода, с богатым приданым.

– Чушь! Она так красива, что не важно, есть у нее приданое или нет. Верховный царь Аттики сделал нам одолжение – он разнес славу о ее красоте от Фессалии до Крита. Не каждый день муж, настолько умудренный годами и пресыщенный, как Тесей, теряет голову настолько, чтобы похитить двенадцатилетнего ребенка.

Губы отца напряглись, и он жестко произнес:

– Я предпочел бы об этом не говорить.

– Как жаль, что она красивее Клитемнестры.

– Клитемнестра подходит Агамемнону.

– Как жаль, что у Микен нет еще одного верховного царя.

– В Элладе еще три верховных царя.

В нем заговорила практическая сметка.

Я тихонько отошла в тень, не желая, чтобы меня заметили и заставили выйти. Разговор шел обо мне, и это было очень интересно.

Мне нравилось, когда меня называли красавицей. Особенно когда говорили, что я красивее Клитемнестры, моей старшей сестры, которая вышла замуж за Агамемнона, верховного царя Микен и всей Эллады. Пусть она никогда мне не нравилась, но в мои детские годы она внушала мне благоговейный трепет, когда проносилась по залам дворца в очередном приступе гнева: огненно-рыжие волосы вставали дыбом от ярости, черные глаза метали молнии. Я ухмыльнулась.