Песнь о Трое

Мои жрецы не смогли определить причину этой напасти, поэтому я отправил гонца в Дельфы. Пифия сказала, что я должен лично отправиться на поиски останков сыновей Прометея и привезти их в Амиклы, мою столицу, где их нужно перезахоронить. Тогда чума прекратится.

Ага! Его миссия не имела ничего общего ни с теткой Гесионой, ни с нехваткой олова и меди, ни с торговым запретом Геллеспонта. Она была намного проще. Даже заурядная. Борьба с чумой требовала исключительных мер; то один царь, то другой постоянно странствовали по морям и суше в поисках какого-нибудь предмета, который оракул велел им привезти домой.

Иногда я задавался вопросом, не было ли единственной целью оракула отправить царя подальше, пока мор сам собой не пойдет на убыль и не прекратится? Это мог быть способ защитить царя от смерти. Останься дома, он скорее всего умер бы от той же самой чумы или был принесен в жертву.

Конечно же, царь Менелай получит кров. Кто знает: может, на будущий год оракул отправит в путь царя Приама и тому придется просить Менелая о помощи? В определенных случаях царский клан, невзирая на родовые и прочие различия, всегда держался вместе.

Поэтому, пока царь Менелай наслаждался радушным приемом, слуги отца были посланы разузнать, где покоятся останки сыновей Прометея. Выяснилось, что в Дардании. Царь дарданский Анхиз ожесточенно протестовал, но напрасно. Нравилось ему или нет, указанные реликвии должны были его покинуть.

Мне было поручено заботиться о Менелае, пока он с помпой не отправится в Лирнесс, чтобы заявить права на останки.

Я предложил ему обычную любезность – любую женщину по его выбору, при условии что она не будет царской крови.

Он рассмеялся и решительно замотал головой:

– Мне не нужно другой женщины, кроме моей жены Елены.

Я навострил уши.

– Правда?

Зардевшееся лицо сделало его похожим на пьяного.

– Я женат на самой красивой женщине во всей ойкумене, – торжественно заявил он.

Я старался быть вежливым, но позволил себе проявить недоверие:

– Правда?

– Да, Парис, правда.

Елене нет равных.

– Она красивее супруги моего брата Гектора?

– Царевна Андромаха – бледная Селена в сравнении с блеском Гелиоса.

– Продолжай.

Он вздохнул и всплеснул руками:

– Разве можно описать Афродиту? Разве можно словами выразить совершенство? Ступай к моему кораблю, Парис, и посмотри на фигуру, которая вырезана на носу корабля. Это Елена.